Снежная Королева — так называл Ник Чериш свою жену, холодную красавицу Линду. Лишь после его гибели тоскующая вдова узнает, что он «отогревался» в объятиях любовницы. Некто публикует скандальные сведения о ее покойном муже. Линду осаждают репортеры, и она в отчаянии соглашается на предложение партнера по бизнесу укрыться в его «лачуге» на отдаленном острове. Там, в объятиях красавца Коннора, оттаивает, наконец, сердце Снежной Королевы. Но ее испытания на этом не заканчиваются…
Коридоры были длинные, темные и пустые. Много коридоров. Вдоль них тянулись двери. Некоторые без ручек.
По одному из коридоров торопливо шла молодая черноволосая женщина. Она точно знала, что где-то здесь находится очень важная дверь, та самая, за которой ее ждут свет и тепло. И больше не будет нескончаемых коридоров и дурацких дверей без ручек.
Тьма осторожно ползла впереди женщины, невидимыми и тревожными глазами заглядывая в бледное и решительное лицо.
Тьма не любила, когда по коридорам бродили посторонние. Но вначале она была довольно мирной и даже благожелательной. Женщина слышала звуки музыки, счастливый смех очень маленького ребенка, чьи-то оживленные разговоры и снова смех. На этот раз мужской.
Женщина совершенно точно знала, что смеется светловолосый веселый парень в летном шлеме. Она понятия не имела, что это за парень.
Тьма пахла алыми цветами и белым снегом, хотя черноволосая женщина не знала, как пахнет снег.
Коридоры петляли, раздваивались, расходились в стороны и убегали во тьму. Они, как и тьма, боялись и не любили посторонних.
Видимо, женщина шла в правильном направлении, хотя она и об этом понятия не имела.
Тьма заволновалась и сгустилась. Идти стало трудно, дышать — тяжело.
За одной из дверей отчаянно заплакал ребенок, очень маленький, наверное, новорожденный. Неожиданно крик оборвался на самой высокой, пронзительной ноте, и от этого стало тоскливо и жутко.
Женщина упрямо шла вперед. Ей нужна была всего одна дверь, та самая, за которой свет и тепло и нет дурацких коридоров с дверями без ручек.
Гул вертолета, раскат грома, страшный треск…
Кричит, захлебывается криком ребенок.
Выстрел. Мертвая тишина. Звук падающего тела.
За что ты так со мной, отец?
Черноволосая женщина зажимает рот руками, давится беззвучными слезами, хочет позвать, но не знает имени…
Тьма давит, душит, отталкивает, пытается расплющить хрупкое тело, не пустить вперед, туда, где тепло, где солнце, где можно дышать…
Женщина вырывается из невидимых щупалец, бежит со всех ног, роняет на бегу туфлю, но не останавливается, потому что Бог его знает, что это за сказка, может, про Золушку, а может, и про Синюю Бороду.
Тьма вытягивается, свивается в кнут, цепляется за черные волосы, но женщина уже схватилась за резную ручку двери, рвет ее на себя, распахивает дверь. Тьма взвизгивает сотней голосов, обожженная до смерти ярким солнцем, и втягивается обратно в коридор…
Женщина радостно вскрикивает, бросается вперед…
…И падает в пропасть без дна, летит, окутанная солнечным светом, и не за что уцепиться, нет спасения и не будет никого, кто помог бы, подхватил, вытащил, унес на руках…
Быстрая тень крылатого хищника, стерегущего добычу на скалах, бросается наперерез падающей женщине…
Последнее, что она увидела, были немигающие золотые глаза огромного орла.
Едва войдя в комнату, Коннор увидел Линду Чериш. Одновременно он почувствовал, как его бросило в жар и волна дикого, первобытного желания на секунду затопила все тело. Он тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения.
Какого дьявола! Как эта холодная красотка ухитряется проделывать с ним такие трюки? Ведьма она, не иначе.
У него была тяжелая неделя, кульминацией которой стал изматывающий и бесконечно долгий перелет из Канады в Австралию, однако один-единственный взгляд на Линду — и Коннор с тоской подумал, что совершил бы еще десять таких перелетов, лишь бы увидеть ее.
— О, какие люди! И какая честь для нас! Томный голос принадлежал Пенни Стюарт, вошедшей в комнату вместе с Коннором. С шутовской почтительностью она поклонилась красавице Линде, затем снова повернулась к спутнику и продолжила свое томное мурлыканье:
— Ну, какова наша маленькая принцесса? Видали, как она вела себя в церкви? Ни звука, даже когда священник брал ее на руки и кропил святой водой. Я лично полагаю, малютка унаследовала от Кая спокойный характер и выдержку. Прелесть, а не девочка!
Коннор почти не слушал Пенни. Линда, слегка улыбаясь, прошла мимо. Запах ее духов, возбуждающий, эротичный, облаком окутал на мгновение Контора, нежная рука чуть коснулась его руки… Коннор едва сдерживался.
Вообще-то жизнь научила его быть циничным. С тех пор, как имя Коннора Брендона надежно закрепилось в списках ведущих адвокатов Канады, а состояние стало измеряться шестизначными цифрами, множество женщин, красивых, эффектных и сексуальных, стали осаждать его со всех сторон. Всех этих гордых внешне особ объединяло одно: желание выйти замуж за молодого и богатого красавца. Для этого они были готовы на все, и нельзя сказать, что Коннор всегда оставался безучастным. Однако ничто не могло сравниться с тем чувством, которое он испытывал по отношению к Линде Чериш. Яростное, неизбывное, первобытное желание мужчины-самца, смешанное с целомудренным восхищением средневекового рыцаря. Достаточно было увидеть ее. Услышать ее голос. Просто вспомнить о ней…
