Продолжая исследование проблем налогообложения, Г. А. Вацуро обратился к анализу основных начал учения справедливости в обложении. Он подверг критике позиции Шеффле и Сакса, которые не признавали справедливость в качестве основания общности и равномерности обложения и относили принцип справедливости к сфере этики. Ученый писал, что «основной целью, руководившей мною при выборе темы для лекции, было стремление показать шаткость специально-финансовых возражений против возможного оперирования в науке государственного хозяйства с понятием справедливости»[1365].
Особый интерес представляют «Лекции по науке публичных финансов, читанные приват-доцентом Казанского университета Г. А. Вацуро в 1906/7 учебном году»[1366]. Данное издание почти целиком представляет студенческие записи лекций, к которым Г. А. Вацуро написал предисловие, указав, что недостаток времени не позволил ему подвергнуть эти лекции полной и всесторонней обработке. Лекции сведены в три основных раздела. Первый посвящен понятию науки публичных финансов. Эта наука, как утверждал ученый, должна излагать и объяснять типы публично-хозяйственных явлений, закономерности форм публичного хозяйствования. Применительно к методам исследования публичных финансов Г. А. Вацуро высказался за классовый подход, настаивая на неизбежности классовой почвы научного исследования. Он идет дальше И. Х. Озерова в своем социологическом подходе, его идеи созвучны марксистскому учению. Г. А. Вацуро в лекциях указывал, что классовая борьба – это ключ к пониманию явлений публичного хозяйства и к научному отражению этих явлений.
Второй раздел объединяет лекции, в которых речь идет о теории бюджета в связи с учением о кассах, счетоводстве и учении о контроле. Бюджетное право рассматривается автором как ценное политическое право граждан. В субъективном смысле это право есть возможность влиять на строй хозяйственных отношений государства. По словам лектора, борьба за бюджетное право народа есть борьба за возможность народного самоопределения. Далее Г. А. Вацуро останавливается на истории бюджетного права Англии и зарождении бюджетного права в России, структуре бюджета и бюджетном процессе. Исполнение бюджета приводится в действие особым механизмом публично-денежного оборота – кассовой организацией государства, которая строится на основе единства кассы. Лектор утверждал, что сама ценность бюджетного права зависит от наличности более или менее совершенной постановки контроля при условии ответственности министров. Он проводил идею необходимости сочетания последующего и предварительного государственного контроля, ратовал за учреждение законодательного контроля Государственной Думы и развитие контроля общественного мнения.
В третьем разделе лекций дано учение о доходах государства. Обычные доходы государства подразделялись на три категории: 1) имущественный промышленный доход (домены, лесное хозяйство, горное хозяйство, железнодорожное хозяйство, почта, телефон, телеграф, монетная и лотерейная монополии государства); 2) пошлинный доход; 3) податный доход (учение о налогах). Рассмотрены прямые и косвенные налоги в России и европейских странах. При этом был дан обзор отношения различных классов общества (капиталистов, земледельческого класса, среднего класса, рабочих) к различным категориям доходов государства.
Предметом специального исследования стали и вопросы монетной монополии, ее отграничения от фискальной монополии государства. Его статья, посвященная указанным проблемам, по форме изложения напоминает лекцию для студентов, содержит четкие дефиниции и разъяснения поставленных вопросов[1367]. Г. А. Вацуро определял монетную монополию как исключительное право государства на производство монет. Ученый писал о положительном значении государственной чеканки монет, о «порче монет» как уже исторически пережитом факте. Он не исключал существования дохода государства от монетной монополии, считал монетный доход допустимым и разновидностью государственного дохода вообще. Фискальную монополию государства ученый оценивал весьма широко, как особый вид имущественно-промышленного дохода государства. Одним из частных случаев фискальных монополий он называл лотерейную монополию. Приводил доводы «за» и «против» такой монополии, но своей позиции не высказывал, ограничившись лишь констатацией, что в России такая монополия не имеет места. Среди фискальных доходов государства он выделял административный доход от пошлин и сборов и податный доход от поступления налогов. В последнем случае он вел речь в доступной комментаторской форме об эволюции налогов, понятии, принудительности налогов, податной обязанности.
