Думает, что только Ксюша — препятствие к нашему с ней «семейному счастью»? И потому она решила помочь мне развестись? Она совсем больная? Да будь я трижды свободен, и тогда бы не женился на этой шлюхе!
Я почти уверен, что ребенок не от меня. Но если от меня, то я его заберу. Не нужен он ей. Зачем? Только как рычаг давления на меня и все.
Она прекрасно знает, что меня она не получит. Ни с ребенком, ни без. Это даже не обсуждается. Но все равно на что-то надеется. Это так тупо, что даже смешно.
Если она рассчитывает на щедрое содержание, то я ей и в случае отказа от ребенка могу дать нехилое вознаграждение. Компенсацию, так сказать.
Нет, мне он тоже не нужен. Я действительно хотел ребенка, но от Ксюши, а не от Юли. Но это все же ребенок, и он тут не причем, а я за него ответственен.
Так что дам Юльке денег, и все, потом нафиг с пляжа.
Но вот что делать с Ксю, я без понятия. И эта беспомощность меня жутко пугает.
Ксения
После разговора с Киром я плачу всю ночь. Рыдаю в подушку, чтобы заглушить звуки. Не хочу, чтобы услышал Рома.
Мне нужно выплакаться, выплеснуть все, попрощаться со своими мечтами.
Забываюсь в тревожном сне, и уже ближе к обеду просыпаюсь совершенно разбитая. Но с твердым намерением начать новую жизнь.
В зеркало на меня смотрит какое-то чудовище с глазами-щелочками. У меня всегда так, если поплачу на ночь.
Все, не буду больше реветь. Поплакала и хватит. Теперь никаких сомнений у меня больше нет. Вот теперь - время для принятия решений.
Вернее, решение я уже приняла. Осталось ему следовать.
Я чувствую себя спокойнее. Нет не потому, что мне нравится такой исход, совсем нет. Но это определенность. Хоть какая-то. Я понимаю, в какую сторону мне двигаться.
Залезаю в интернет и ищу информацию про развод. Узнаю, что в случае, когда у супругов нет детей и имущественных претензий, можно развестись просто в загсе, но для этого заявление должны подать оба супруга.
Идея развестись просто и без проволочек мне нравится, а деньги Кира мне не нужны. Очень не хочется всей этой процедуры в суде, дело может затянуться. А потому решаю попробовать предложить это Кириллу.
Вот только нужно сделать это не сегодня. Сегодня он скорее всего еще злится и откажет. Поэтому решаю подождать несколько дней. Пусть остынет. Пару дней роли все равно не сыграют.
После того, как с этим я решила, открываю Ромин ноут и берусь за поиск работы. Сейчас перебирать уже нельзя, нужно на любую соглашаться.
В квартиру, что мне хотел снять Кир, я не поеду. Теперь уже нет. Ничего от него не нужно. Лучше уж с Ромой еще немного поживу.
Весь день я посвящаю поиску работы, заодно смотрю и жилье, чтобы прицениться.
Вечером с работы возвращается Рома. Я уже приготовила для нас ужин, и когда он заходит на кухню, приветливо ему улыбаюсь.
— Ух ты! — он удивленно замирает в дверях. — Ты готовишь?
— Да. Вот решила приготовить мясо. Нашла у тебя в морозилке, — поясняю я.
— Ты как-то изменилась, — Рома подозрительно сощуривает глаза. — Стала… спокойнее что ли. Я бы подумал, что ты помирилась с Киром, но я видел его сегодня на работе, и он мрачнее тучи.
— Нет, не помирилась. Просто приняла решение. Мы разводимся, — отвечаю я.
— Оу… — Рома замирает и прикладывает руку ко лбу. — Мне жаль, что до этого дошло. Но уверен, что это правильное решение. Очень сложное, но правильное.
— Угу, — киваю я, — давай не будем больше об этом.
И мы переходим на другие темы.
Я общаюсь нормально и даже улыбаюсь. Немного натянуто, но все же. Я ведь начинаю новую жизнь.
Внутри пусто. Стараюсь не думать о том, что причиняет боль. Нужно просто это пережить. И со временем оно пройдет. Наверное.
После ужина Рома вдруг предлагает немного прогуляться, подышать воздухом. И внезапно я соглашаюсь. А почему бы и нет?
Мы бредем с ним по набережной, с реки дует прохладный свежий ветер, свет фонарей разрезает темноту.
— Знаешь, Ксюш, все, что ни делается, все к лучшему, — говорит он. — Иногда то, что кажется нам ужасным поражением и потерей, может открыть перед нами новый путь. И в итоге, все сложится еще лучше, чем раньше. Тебе сейчас кажется, что это невозможно, но через какое-то время ты убедишься, что так оно и есть.
— Да, возможно, — грустно улыбаюсь я. — С тобой такое было?
— Да я вообще чемпион в этом виде спорта! — смеется Рома. — Я же постоянно проигрывал! И каждый раз искал утешение в том, что понимал, что в итоге выиграл от этого проигрыша. Искал выгоды в этой ситуации, и да, каждый раз находил! Да, бывает в мелочах и не сразу, а через время, но все равно это работает.
— Почему ты постоянно проигрывал? — заинтересовалась я.
— Ну, ты же знаешь, что я по жизни «номер два»?
— Как это?
— Я всегда во всем после Кира. Он всю жизнь во всем меня опережал. Причем, начиная с рождения. Он родился первым. И он был крупнее, и сильнее, и голос у него был громче. В детстве он вечно отбирал у меня игрушки, и отдавал только тогда, когда сам уже наигрался. А еще бегал быстрее, и его всюду брали играть ребята во дворе.
— А тебя не брали?
