- А давай вместе? - предлагаю я, - Раз уж ты не спишь, я тоже не сплю. Может, и успеем доделать.
- Давай, - соглашается Костина дочка.
И мы принимаемся вырезать куклу из листа бумаги, а затем наклеивать её на картон.
За этим занятием нас и застает Костя, который врывается в комнату. Весь взлохмаченный и с ненормально сверкающими глазами.
Останавливается, оглядывает нас с Лизой.
- Язык не прикуси, - советует мне.
А я и правда кончик языка от усердия между зубами слегка просунула.
- Вот же... Вредный какой! Промолчать не мог?
- Я вообще думал, что тебя ловить придется по окрестностям, а вы тут бумагу мучаете.
Еще внимательней всматриваюсь в мужское лицо. Выглядит встревоженным. Неужели действительно переживал из-за того, что я могла задать стрекоча?
- И не думала я никуда сбегать!
Лиза хитро на нас посматривает.
- И не надо от нас сбегать! - решает заявить своё веское слово, - У нас тебе будет хорошо. Папа на тебе женится!
Закашливаюсь как-то. Я, честно, на предложение руки и сердца не особо рассчитывала.
- Пап! - поворачивается к отцу эта неугомонная девочка, - ты ведь на Лиде женишься? А то её какой-нибудь другой дядя себе заберет.
- Я это другому дяде... - Костя начинает хмурится и посматривать на меня так, как будто прикидывает, где меня лучше запереть - в комнате или в подвале, что наверняка никуда не делась.
- Вот что... Давайте пойдемте завтракать? - решаю я перевести разговор в безопасное русло, - А то я что-то такая голодная...
- А давай омлет с грибами сделаем? - оживляется Лиза.
- Легко! - одобряю я.
Костя смотрит на нас и улыбается.
Спустя 2 месяца
Павел
- Повтори, чё сказал?! - от услышанного только что я забыл правильную речь и то, что с врачом мы на брудершафт точно не пили.
- У вас си-фи-лис, - как для дебила медленно и по слогам повторяет венеролог, к которому на консультацию меня отправил уролог, когда однажды утром я обнаружил, что у меня в трусах вместо привычного огурца вырос настоящий кабачок.
И он увеличивается в размерах... А еще болит и чешется. И перестал выполнять свою основную производственную функцию.
- Быть такого не может! - у меня глаза вылезают из орбит и того и гляди слюна начнет капать изо рта.
- Почему не может? - врач - щуплый задохлик в очках и с прыщавым лицом, которому если и дадут, то только за деньги - причем за большие, сдвигает очки на кончик носа и осуждающе меня рассматривает. Но рассматривать меня ему не нравится.
У меня ощущение, что я вообще ему не нравлюсь. Он, наверняка, из личной неприязни мне такой диагноз поставил. Мне срочно нужно к другому врачу - хорошему.
- Очень даже может! - он задирает указательный палец правой руки вверх и продолжает меня препарировать словесно, - При беспорядочных половых связях с не вызывающими доверия партнершами... Или...
Мне достается еще один скептический взгляд поверх очков.
- Или партнерами...
Я подскакиваю с места.
- Да ты вообще, что ли? Без работы захотел остаться?!
- Не кричите! Благодаря таким. как вы, я без работы никогда не останусь!
Я делаю попытку прихватить его за горло, потому что достал уже моралист хренов! Однако он довольно ловко уворачивается, выскакивает из кабинета и с воплями: "Охрана!" припускает по коридору. Я - за ним. Зачем за ним бежал, я так и не смог объяснить главному врачу, к которому меня всё-таки отвели охранники, явившиеся на крики венеролога. Может, они бы меня и не обезвредили, но, видимо, после осмотра я забыл застегнуть брюки. Они свалились с меня, пока я гонялся по коридору за венерологом. Я в них запутался и грохнулся на пол. После чего меня и отвели в кабинет главного врача. Которым оказалась дородная женщина лет 65.
Я попытался качать свои права и у неё в кабинете, но она грохнула немаленьким кулаком по столу и гаркнула:
- Сидеть! - я и сел.
Сопротивляться обаянию этой дамы невозможно. Она выслушала взмыленного венеролога, затем растрепанных охранников, после дала слово мне. Я ей всё и рассказал. Кажется, такого облегчения не бывает даже при исповеди.
- Успокоительного ему дайте, - велит Нонна Викторовна.
Мне приносят какие-то капельки. Она ждет, когда выпью.
- Сядь... те, - это уже венерологу. И качает головой, - Что ж вы, Вадим Петрович? Не знаете, как с пациентами надо обращаться?
Венеролог понуро опускает голову.
- Да я...
- Вы... Вы! Человек с бедой пришел, а вы ему вместо помощи какие-то насмешки и укоры! А если бы с вами такое случилось? Хотя... - Нонна Викторовна с сомнением оглядывает венеролога, - С вами вряд ли такое случится...
- Это почему? - насупливается тот.
- Вы - человек опытный. Знаете, как нужно беречься.
Короче, не знаю, как, но Нонна Викторовна убалтывает меня полежать у них в стационаре, пролечиться, а то мало ли... Эта гадость имеет кучу последствий.
Я и остаюсь там - лечиться. Попутно напрягаю своих, чтобы прикрыть загородную базу отдыха, где я и подцепил эту заразу. Чистые у них девочки! Ничего себе чистые...
Лидия