Развод и девичья фамилия полностью

– И в школе постарайся не трепаться, – подхватил Сергей, – я понимаю, конечно, что это очень интересно, но…

– Но нам совершенно не нужны лишние разговоры и… – перебила Кира.

– И чем меньше народу в курсе дела, тем лучше, – добавил отец.

– Ну, ясный перец, – сказал Тим и захохотал. Родители переглянулись.

– Ты чего? – спросил отец.

Он не понимает, как будто глупый! Они поучали и наставляли его вдвоем, как в самые лучшие прошлые времена, когда они одинаково его пилили и одинаково хвалили, и мать всегда говорила: “Папа будет рад”, а отец говорил: “Не расстраивай маму”.

Хитрый и тонкий план действовал! Он все-таки действовал, несмотря на то, что Тим сегодня едва не выпустил ситуацию из-под контроля!

– Ты должна вспомнить, когда была на даче в последний раз, – велел Сергей, переждав бурный всплеск сыновнего веселья.

Кира раздраженно пожала плечами:

– Нечего вспоминать. Месяц назад, я тебе говорила.

– А до этого?

– А до этого в прошлом октябре.

– Точно?

– Сереж, какое это имеет значение?

– Такое. Если ты была там месяц назад, а до этого только в прошлом году, значит, бумаги, которые он искал, появились скорее всего тоже месяц назад. Вряд ли он планировал убийство так задолго.

– Убийство? – пробормотала Кира и покосилась на Тима. Он громко прихлебывал воду из стакана, всем своим видом выражая полное удовольствие.

Сергей тоже посмотрел.

– Я думаю, что он убил Костика именно вчера, потому что ему подвернулся удобный случай. Он слышал, что тот собирается к тебе, и решил, что спихнет на тебя его убийство. Он подложил ему в портфель страницу из твоей рукописи, о которой знал, подкараулил Костика на лестнице и убил. Однако у тебя осталось что-то такое, что могло бы его… разоблачить. Осталось именно на даче, и он это знал. И он решил, что должен немедленно это забрать.

– С чего он взял, что на даче?! И что это?!

– Что, я не знаю. А на даче он был. Вспомни, кто тогда к тебе приезжал. Сосед сказал, что какие-то люди приезжали все время.

Кира смотрела на своего мужа во все глаза. То есть на бывшего мужа.

– Мам, ты чего? – забеспокоился Тим.

– Принеси мне свитер, – попросила она, – что-то я замерзла.

Громко топая, Тим умчался за свитером – идеальный ребенок из рекламного ролика.

– Давай, – торопил ее Сергей, – вспоминай. Леня Шмыгун, это я уже знаю. Коммерческий директор. Зачем он приезжал?

– Привозил какие-то ведомости на подпись. – Кира потерла о колени руки. Руки замерзли так, что даже сквозь джинсовую ткань чувствовалось, какие они холодные – как змеиная кожа. – Я должна была подписать просто для проформы, Костик уже все подписал. Я совсем не помню, что это за ведомости. Ерунда какая-то.

– Так. Кто еще?

– Верочка Лещенко приезжала, показывала какой-то материал. Она у нас такая… энергичная и все боится впросак попасть, со мной каждое слово согласовывает. Аллочка Зубова. Она только на работу пришла, и ее Костик ко мне прислал, чтобы я ее определила к месту, она с месяц по разным отделам шаталась.

Сергей знал, что в комнате “с витражом” орудовал мужчина, и отпечаток ноги в грязи – примерно как у него самого, сорок четвертого размера, – он рассмотрел очень внимательно, но слушал Киру не перебивая.

– На, мам. – Тим сунул Кире свитер, влез с ногами на гобеленовый диван, повозился, устраиваясь, накрылся пледом и уставился на отца круглыми блестящими глазами – приготовился слушать.

Сергей вздохнул:

– Кто еще?

– Валентина, – вдруг вспомнила Кира. – Она сказала, что одной ей скучно, и лучше бы она с Тимочкой поехала, чем бабушку от работы отрывать, привезла пирогов, с Виленой Игоревной посидела…

– А… Батурин?

– Гришка? – как будто удивилась Кира. – Нет. Не приезжал.

– Точно не приезжал?

– Тим, как это говорят?

– Сто пудов, – ответил сын и опять захохотал. Ему было очень весело. – Можно – ясный перец.

– Ясный перец, не приезжал, – повторила Кира.

– Сосед мне сказал, что видел его, – бухнул Сергей, – твоего Батурина. Он за газетами ходил, а Батурин стоял возле калитки.

– Не было Батурина, – выговорила Кира. Речь давалась ей с трудом от страха, который вдруг навалился на нее. – Не приезжал.

– Аристарх Матвеевич сказал, что он не заходил в дом, потому что на дорожке не было следов. Он назвал его приметы – хромает и с палкой.

– Я его не видела! – крикнула Кира. – Он не приезжал!

– Да, – непонятно буркнул Сергей.

Тот человек в окне не был похож на Батурина хотя бы потому, что бежал так, что Сергей не смог его догнать, а Батурин ходить-то едва может, не то что бегать.