— Я не маленький!— нахохлился тот,— Мам, я взрослый уже. И теперь за вас отвечаю!
— Отвечаешь, — сделав серьезное лицо, согласилась я, — но ведь отвечать это не только зарабатывать, понимаешь?
— Нет.
— Сейчас твоя задача — закончить школу, получить образование. Твоя помощь с Настей для меня важнее любой работы. Пойми это, пожалуйста.
— А мы сегодня с Димкой вместе знаешь что приготовили?—влезла в разговор дочка, сияя от радости, — мы сегодня блинов напекли! Я сама тесто мешала вот так!— она принялась энергично крутить руками в воздухе, демонстрируя как все было.
Димка, поняв, что больше никто ругать его не будет, подхватил бутерброды и поспешил скрыться в комнате.
Ну а я под болтовню Насти отправилась на кухню дегустировать кулинарные шедевры детей.
Вечер завершился волшебной смской о зачислении первой зарплаты, точнее аванса.
Ммм, однако, — порадовалась я сумме, упавшей на карату. Живем!
— Девчонки, сегодня я угощаю!— порадовала Ингу и Ксю за обедом.— первую зарплату надо пропить, но на работе пить нельзя, поэтому будем есть. Тем более что без Ксю я бы тут сейчас не сидела.
— Хм, даже возражать не буду. А еще тогда вон ту булочку возьму,— потянулась к щедро политой шоколадом сдобе подруга.
— Освоилась?— спросила она, когда мы уже перешли к кофе.
— Вроде да. Еще не до конца, конечно, но уже что-то.
— Слышали последние сплетни? — наклонившись к нам ближе, зашептала Инга, которая в курсе, всего, о чем шепчутся в Леваде — болтают, что шеф к своей бывшей умотал…
— К той, что приходила?— уточнила Ксю.— И на весь коридор орала?
— Не-е-ет, к жене своей, Милане. Она от него в Лондон сбежала и сына прихватила.
— Чушь какая, — усмехнулась Ксения, которая тоже знала об истинных причинах отсутствия генерального.
— Кстати, о начальстве, как Иван Дмитриевчи? — поинтересовалась Инга, в предвкушении новых сплетен.
— Выздоравливает, — пожала плечами я, не раскрывая всех подробностей.
Поняв, что обсуждать начальство я не собираюсь, секретарша ни чуть не расстроилась, а с улыбкой принялась рассказывать о поездке Лео. Тот все уши прожужжал, что его величество было вынуждено лететь экономклассом.
Я не слушала девушку, я думала. Мысли крутились вокруг Ивана. Как он там один? Вадим, конечно, не бросит и будет приезжать каждый вечер. Но ведь целыми днями Иван предоставлен сам себе. Казалось бы, это не мое дело, но почему-то меня это волновало.
— … сбежала?— долетел до меня обрывок разговора девчонок, сидящих со мной за столиком.
— Ну да,— отодвигая от себя чашку, пожала плечами Инга, — кто ж такого монстра вытерпит?
Монстра? А, все еще Ивана обсуждают. Значит, ничего важного я не пропустила.
— Ладно, не будем о нем, лучше скажи, Лео от тебя чего хотел-то?
Когда я закончила рассказывать про француза, Инга смотрел на меня широко распахнутыми от удивления глазами, а Ксю веселилась от души.
— Ты что, правда, про Арно никогда не слышала?— ахнула коллега.
— Откуда?— развела я руками. — На прежней работе дизайном мы не занимались.
— Ну ты даешь. Иван Дмитриевич, когда узнает, тебя прибьет…— резюмировала подруга.
— Главное, чтобы не уволил. — усмехнулась я, — а все остальное не страшно.
Рабочий день шел своим чередом, я вникала в чертежи проекта, над которым предстоял надзор. К вечеру голова соображала с огромным трудом.
В сумочке завибрировал телефон — свекровь. Я мысленно застонала. Отношения с матерью мужа у нас были ровные. Никто не испытывал друг к другу теплых чувств, но и ссор между нами не было. Когда мы поженились, она прямо мне сказала, что для своего сына хотела в жены совсем другую девушку, на что я ответила, сочувствую, но помочь ничем не могу.
После рождения детей наши отношения потеплели, внуков свекры обожали, баловали и старались на каждые каникулы забирать к себе. Вот и сейчас перед Новым годом, скорее всего, разговор пойдет о Димке и Насте.
— Ирина Геннадиевна, добрый вечер, — произнесла я. Она сама просила так ее называть, никаких «мама», только по имени-отчеству.
— Алисонька, детка,— моя челюсть упала на пол, «детка»? Стало даже интересно, потому что так свекровь меня ни разу не называла. Просто Алиса — и никак иначе.— Это правда?
— Не совсем понимаю, о чем вы?— ответила я, размышляя, что она имеет в виду.
— Как о чем? О вас с Антоном, конечно!— ага, теперь все встало на свои места, значит, сынок поговорил с мамой и сейчас она желает выслушать мою версию.
— Правда,— отрицать было бы бессмысленно.
— Как же так.— растерянно бормотала Ирина Геннадиевна, — вы же столько лет, я же к тебе… Дети…
Я молчала, не зная, что сказать. Винить мужа? Глупо, в разводе всегда виноваты двое. Оправдываться? А зачем? Для них с отцом наверняка во всех грехах буду виновата я, но тут свекровь меня удивила.
— Какого подлеца мы вырастили. — Запричитала она. — Наш сын, кто бы мог подумать! Чего ему не хватало? Жена красавица, дети умнички. Живи и радуйся. И главное, ты представляешь, заявился к нам со своей лохудрой. Отца чуть удар не хватил, когда он ее увидел.