- Легко, Юрочка. Тогда все казалось проще, поезда быстрее, небо голубее, а сахар слаще. Молодость. А сейчас - вот.
Я беспомощно обвожу взглядов все, что окружает меня со Шмелевым, включая нас самих.
- Да ну, брось, Ритка. Я еще на твоей свадьбе баян порву, - Юра протягивает ладонь, чтобы погладить меня по плечу, но в последний момент отдергивает руку. Хмурюсь. Что за стесняшка усатая? За последние тридцать лет он меня всякую видал: и в купальнике, и в истерике, и в похмелье, прости Господи.
Но такую как сейчас, раздавленную, без цели и ориентиров - никогда.
Наверное, это до того неприятное зрелище, что Шмелев даже касаться меня брезгует.
Поджимаю от обиды губы и, подхватив свою чашку, иду за стол. Точнее за столик, куда с трудом помещается два человека.
- Юр, ты на фига приехал? Я вообще-то тут от вас прячусь.
- Плохо прячешься, раз я тебя нашел.
- Тебе просто повезло.
- Это и понятно, дуракам всегда везет. – Спокойно соглашается он. И смотрит на меня поверх чашки, из которой поднимается облачко пара. И хоть глаза его продолжают смеяться, голос серьезен как никогда: - Рит, я приехал за тобой.
- Стас что ли прислал, - внутренне холодею я. Сказать по правде, мне стали нравиться мои маленькие каникулы. Не только от людей, но и обязанностей, от которых я порядком устала. Здесь же, за этот бесконечно долгий день, я успела отоспаться, прибрать, почитать книгу, за которую не стыдно перед обществом – любовный роман я яркой обложке, и даже посмотрела серию какого-то детектива. Если бы не необходимость возвращаться обратно в мир, я бы сказала, что это лучший отпуск за все мои почти пятьдесят лет.
- Стас тебя ищет, - усмехается Юра, - но не там. К маме твоей одним днем летал, вернулся злющий как черт.
- Пускай, ему полезно.
- На работу сегодня не вышел, - продолжает добивать меня Юра, - сказал, что болеет.
- А это сейчас к чему? Чувство вины у меня ищешь? Так оно атрофировалось.
- Нет, Рита, обрисовываю ситуацию. Стасик гонит и куда-то не в ту степь. Ты же знаешь, я в офисе не появляюсь, мое дело это стройки, и мы в вотчину друг друга нос обычно не суем. Но сейчас на Волкова начинают жаловаться подрядчики, а это уже не хорошо.
Чувствую, что от намека Юры у меня начинают полыхать щеки:
- Предлагаешь мне его на работу за ручку отвезти?
- Да ничего такого не предлагаю, - не отстаёт Шмелев, повышая температуру в кухне еще на градус. – Стас может из-за тебя так чудит, а может нет! Хер его знает, он всегда был человеком впечатлительным, натурой экзальтированной. Может он сам по себе с ума сходит, с этим еще разобраться надо, но приехал я не из-за него.
- Да ну, а из-за кого же?
- Не знаю! – Ворчит Шмелев, и стирает широкой ладонью капли пота со лба. Он явно нервничает, а я не понимаю, почему.
- Юр, ты с такими талантами в красноречии как три раза жениться успел?
- Юр, ты с такими талантами в красноречии как три раза жениться успел?
- Да хер его… Я когда просто чай с тобой пью, нервничаю сильнее, чем когда Мендельсона слышу, - отшучивается друг, не сводя с меня серьезных, уставших глаз. – Рит, видишь, я и так рожаю в час по слову, не перебивай, пожалуйста. В общем, приехал я к тебе. Стас мой друг, но и ты мой друг, и если тот болеет в шикарном доме с шикарной минералкой Дон Периньон, то ты вот здесь, в коморке сидишь, всеми брошенная. Давай, это… возвращайся, что ли.
- А давай мы с Волковым сами разберемся?
- Так разберитесь уже млять! – Кричит Юра. – Ритка, ну?! Ты же не такая, чтоб вот тут в хате Олиной прятаться. Ты сильная, ты смелая, ты умная! Ты вообще самая умная баба из всех, кого мне довелось знать! Ну соберись, девочка, вытри слезы и иди разгроми всех мудаков, которые тебя обидели.
- А если я не знаю как, - тихо, почти не слышно, шепчу я.
Юра тянется за сигаретами, но посмотрев на меня, убирает пачку обратно в карман. Есть привычки, которые не меняются. К примеру, стоило Юре узнать, что я не переношу запах табака, как он перестал при мне курить. И за тридцать лет я ни разу не видела его с сигареткой.
- Руки беспокойные, - оправдывается друг, и после небольшой паузы добавляет, - Рита, у меня три развода за плечами. Я на этом деле собаку съел. Захочешь со Стасом помириться, все сделают вид, что ничего не было, что никто ничего не заметил. Ну, а кто хоть что-то напомнит, тот пусть на хер пойдет, все нормальные тебя поймут. Но если ты захочешь развестись, то вот, - он достает из кармана клетчатой рубахи несколько визиток. – Это контакты адвокатов, на любой вкус. Вот эта, - подчеркивает ногтем женскую фамилию, - вообще зверюга. Оттяпает половину нажитого, включая яички Волкова. Будут у тебя на полке как трофей стоять. Меня так Галка в суде натянула, я до сих пор отойти не могу. А ведь у нас с ней ни детей, ни плетей, и два года стажа всего. Я после суда сразу контакты ее юриста взял, думал, что пригодится и вот… пригодилось.
Я молча перебираю разложенные передо мной визитки. Тасую их как колоду карт, стопка и впрямь получилась впечатляющей. Непроизвольно задерживаюсь взглядом на той самой, которую советует Юра.
