Ни одной слезы из моих глаз так и не выкатилось.
Вероятно, за две бессонные ночи я их все выплакала.
Чтобы хоть как-то прийти в себя, смочила сухое лицо холодной водой.
После жадно глотала ее прямо из ладоней.
Делала так, потому что пить мне хотелось даже больше, чем есть.
Утолив жажду, все же заставила себя принять душ.
Струи воды в прямом смысле оказали на меня живительное действие. Но…
Я тут же перешла к стадии торга.
Начала уговаривать себя, что все еще можно изменить, нужно просто поговорить с мужем и объяснить ему, как было.
Выйдя из душа с искрой надежды, которую я сама в себе зародила, открыла телефон.
Пролистала ленты мессенджеров и увидела…дцать своих сообщений и звонков, которые Стас не принял.
Поняла, он сделал так, потому что заблокировал мой номер.
Кое-как приведя себя в порядок, заказала в номер еду, а потом на такси поехала сначала в наш коттеджный поселок.
Первая неприятная реальность - меня не пустили даже на территорию дома.
Охранник холодно сообщил, что хозяина нет.
Села снова в машину и назвала адрес офиса Стаса.
По дороге на меня напали сомнения.
Зачем я еду, если снова могут просто не впустить.
На входе в здание “СЮД” мою персону никто не остановил.
На этаже руководства компании, где я была много раз, тоже.
Это вселило в меня надежду на встречу с мужем.
В приемной Анна - помощник руководителей с приветливой улыбкой поясняла, что Стаса нет на месте и когда он будет ей неизвестно.
Часа через два появился свекр Юрий Иванович.
- Ну, и чего ты здесь сидишь, - без приветствия и обращения не сказал, а выплюнул старший Дурнев, посмотрев на меня, как на букашку.
- Здравствуйте, Юрий Иванович! Пришла поговорить со своим мужем, - прошелестела в ответ, сжимая в ладонях трясущиеся пальцы.
- Мой сын не станет с тобой разговаривать. Да, и мужа у тебя нет. Ты потеряла его, когда поперлась в клуб и уселась к Брагину на колени. Пошла вон отсюда, потаскушка! - свои слова Дурнев сопроводил жестом руки, указывая мне на выход.
Не дождавшись пока я уйду, свекр гневно отчитал помощника:
- Позвони в охрану и передай мое распоряжение: эту профурсетку в здание больше не пускать, - приказав Анне, Дурнев удалился в свой кабинет.
Сейчас, спустя семь дней с момента краха моей семейной жизни, я смотрю на себя в зеркало и не узнаю того, кого вижу в отражении.
Мне ужасно жаль эту печальную и растерянную молодую женщину.
Пытаясь взбодриться, растягиваю губы в улыбке.
- Прими, Милена, неизбежное: вместе со Стасом тебе не быть. Теперь надо пережить развод, в котором тебе ничего не светит. Но самое главное, детка, даже не в этом, - говорю вслух, проводя пальцем по зеркальной поверхности. - Надо успокоиться, трезво все проанализировать и найти тех, кому это было нужно. Не могла такая ситуация произойти сама по себе. Как и фотографии…Они явно не из воздуха взялись…
Могла ли я понимать, решая разобраться во всем, к чему приведет меня поиск правды и истины.
