— Каждая секунда с тобой наполнила меня. Я прожил эти пять лет насыщеннее, чем была вся моя жизнь. Мне хотелось дать тебе даже больше, чем я мог. Я хотел положить к твоим ногам весь мир, чтобы потом любоваться, с каким восторгом ты будешь использовать мой подарок. Я летел на ту встречу с намерением по возвращении обсудить развитие наших отношений. Хотел, чтобы ты родила мне ребенка. Но сначала мне нужно было закрыть ту сделку. Она позволяла мне разделить бизнес с Добрыниным и окончательно прервать связь с той семьей. Уже тогда я понимал, что спокойной жизни мне не дадут. Но потом случилась та авария. Я подозреваю, что Добрынин подстроил это специально. К счастью, самолет не успел подняться в небо, иначе я бы здесь сейчас не сидел.
Я судорожно вздыхаю, пытаясь не представлять, что было бы, если бы Сережа тогда разбился насмерть. Я бы, наверное, не пережила такого исхода.
— Почему ты никогда не говорил мне всего этого? — дрожащим шепотом спрашиваю я.
— Не знаю, — он дергает плечом, будто собирался пожать им, но передумал. — Не умел. Я и сейчас… Саш, — он поворачивается лицом ко мне и впивается в меня взглядом. Я еще никогда не видела его таким. То есть, видела откровенным, но настолько открытым, уязвимым — нет. Он как будто полностью оголился передо мной. — Поверь мне, все, что я сейчас говорю, — это искренне. Я говорю то, что на самом деле думаю. Но мне тяжело подбирать слова. Я не умею всего этого говорить, привык доказывать поступками свои чувства.
— Какими, например? Купить мне магазин?
— А что не так с этим поступком?
— Я не хочу, чтобы ты пытался купить меня. Мои чувства не продаются.
— То есть, чувства все-таки есть? — спрашивает он, и я ожидаю, что на губах Сергея сейчас появится улыбка, но ее нет. Он все еще серьезен.
— Мы сейчас не о моих чувствах говорим.
— Ну да, — отвечает он со вздохом и опять отворачивается. — Когда выгонял тебя… думал, сдохну.
— К тебе уже тогда вернулась память?
— Начала частично восстанавливаться. Но еще до того, как я что-то вспомнил, я уже чувствовал. Чувстовал, как захлебываюсь, глядя на твои страдания. Я не мог ничего сделать с этим. Не мог никак тебе помочь. Но момент, когда ты села в машину и посмотрела на дом… Я думал, сдохну к чертовой матери. Но это мгновение помогло мне начать вспоминать. И каждый раз, когда воспоминания возвращались, я подыхал, понимая, как сильно обижал тебя. Понимал, что теряю тебя. Что когда я закончу решать все свои проблемы, возможность быть с тобой может быть окончательно упущена. Я был в ярости от одной мысли, что могу потерять тебя. Но вера в твое предательство была не меньше, чем отчаянное желание быть с тобой. Внутри все смешалось. Мне казалось, в этом мире больше не осталось ни одного человека, которому я мог бы доверять.
— Как ты мог хотеть быть со мной, если правда верил в то, что я подписала те документы?
Сергей поворачивается и задумчиво смотрит на меня.
— Я люблю тебя, Саш, — тихо отвечает он. — Одержимо. Дышать без тебя не могу. И я был готов простить тебе это предательство.
— Только я не предавала.
— Зато я предал, — тихо произносит Сергей.
— Ты… спал с ней? — практически шепотом спрашиваю я.
— Саш, к чему сейчас…
— Ответь на вопрос, — перебиваю мужа. — Ты спал с Виолеттой? То, что она делала тебе минет, я видела собственными глазами. Но ты спал с ней… в традиционном смысле? Я хочу знать, — добавляю тверже, когда вижу, что он уже готовится отказаться отвечать на вопрос.
— Спал, — отвечает он и встает с дивана. Бросает взгляд на окно, а потом переводит его на меня. — Я сделал тебе больно. Прости за это. Начудил так, что теперь вообще не понимаю, как разгребать все это. То есть, как технически завершить начатое, понимаю. Но… Я не могу тебя заставить опять полюбить меня. Если ты сказала правду, что чувств больше нет… Что ж, я ничего не смогу с этим сделать. Особенно после того, как унижал и оскорблял тебя. Но если еще осталось хоть что-то… — Он присаживается на корточки и кладет ладони на мои колени. Сахарок недовольно ерзает. — Хоть капля симпатии… дай мне знать. Я сделаю все и даже больше, чтобы вернуть тебя.
??????????????????????????Я тяжело сглатываю, чувствуя подступающие к глазам слезы. Молчу, никак не отвечая на слова Сергея. Не могу сейчас выдавить из себя ни слова. К тому же, что я могу ему сказать? Да или нет? Ни один из этих ответов сейчас делу не поможет. Немного посидев, Сережа встает и, слегка сжав мои колени, уходит.
Два дня от Сергея нет ни единой весточки. За это время я чуть не сошла с ума, когда сражались мои сердце и голова. Я не была готова простить его за все. Во мне были еще слишком живы воспоминания о том, как он обижал меня. Но в них вклинивались и счастливые моменты, которые мы прожили вместе.
