Понимание произошедшего сменяется в его взгляде осознанием. Там нет злости. И ненависти тоже нет.
Осознание, в свою очередь, трескается, обнажая под собой нежность, гордость и... отцовскую любовь?
— Здравстуй, Авен, — наконец, произносит он странно надтреснутым голосом. — Рад познакомиться с тобой.
Тум-тум-тутум... — быстро стучит мое сердце в ответ.
Отчетливо понимаю в этот момент, что он пришел, не чтобы обидеть нас. Не чтобы отнять Авена. Он просто вернулся ко мне... нам. Я глубоко вздыхаю и, кажется, впервые за это время дышу глубоко и свободно.
Сынок заинтересованно рассматривает золотые эполеты на плечах дракона и ордена на груди.
— Нравятся?
Зандер подхватывает Авена на руки и усаживает на сгиб локтя. Тот смеется, доверчиво обнимая дракона за мощную шею. Второй рукой дракон притягивает меня к себе. Утыкаюсь ему в грудь лицом, хватаюсь пальцами за камзол. Плачу. Ничего не могу с собой поделать, слезы просто катятся по щекам.
— Не плачь, Лори, эта война тоже закончилась, — слышу я хриплый голос. — Теперь все будет хорошо. Я обещаю.
Конец