Захотел бы — в ресторан поехал. А сейчас мне нужно выпить. Я редко прибегаю к такому способу расслабиться, не считаю алкоголь чем-то незаменимым в нашей жизни. Но бывают моменты, когда хочется. Когда тянет сбросить нарастающее напряжение именно таким образом.
Бармен кладёт лёд в стакан и заливает тёмным бронзовым виски. Тёрпкий запах ударяет в ноздри, вызывая предвкушение.
После первого глотка острая горечь стекает по горлу. Вот бы и на сердце так стекало, чтобы перебить боль. Чтобы не саднило так. Пусть бы горело от внешней боли, а не от внутренней.
Первый стакан выпиваю почти залпом и киваю бармену налить ещё порцию. А пока внутри растекается тепло, разрешаю мыслям снести заслонку и ворваться в голову.
Фразы, обрывки, лица… Фотки, список, что прислала Лиза. Усмешка Саба. Насмешливый взгляд Риты. Аня.
Ира.
Зачем бы ей приходить и рассказывать про то, что Сабур копает под мой новый филиал? Зачем пытаться предупредить?
Совесть? Не может решить, на чьей она стороне?
Ира злится на меня. Она обижена. Но… я не верю, что она пошла бы на такой шаг, чтобы слить информацию. И с чего я вообще решил, что у неё есть доступ к моей почте?
Могла ли она уступить Сабуру? Могла ли быть с ним?
Я не знаю. Не знаю, чёрт возьми. Не могу с уверенностью сказать, что нет.
Почему, собственно, нет? В чём логика?
Она в разводе. Зла на бывшего. Не просто зла, она разочарована. Это ещё хуже.
А тут Сабуров. Обходительный, проявивший интерес к ней не только как к женщине, но и как к профессионалу. Да ещё и эта история с его безумной юношеской влюблённостью в неё.
Это ведь романтика. Типа “столько лет ждал тебя…”
Пиздец.
Запускаю пальцы в волосы и сжимаю посильнее. В голове туман, но виски тут не причём. Хмель ещё не успел добраться до мозга.
Это мои мысли. Жужжат, толкаются, отравленные ревностью.
Я понимаю, что сейчас все эти чувства будто оголились. Почему они словно пеленой были прикрыты в последние годы?
Я всегда знал, что люблю Иру. Но вот именно сейчас ярко бросилась разница между “знать”, что люблю, и “чувствовать”.
Это как в детстве: у меня была любимая машинка, которую я берёг. Убрал на полку и любовался, но не трогал, не играл. Боялся сломать или поцарапать, ещё страшнее было потерять. Остальные были постоянно в действии, где-то уже потёртые, где-то колесо отвалилось, но они были в моих руках. А любимая — пылилась на полке.
Конечно, глупо сравнивать любовь и любимую машинку из детства. Но уж больно схоже получается.
— Скучаешь? — на соседний стул подсаживается девушка, выдёргивая меня из своих мыслей. Красивая брюнетка с пышными волосами. Вроде бы одета весьма прилично, лицо не разрисовано, отвисших губ нет.
Классика, как в кино. Грустный мужик с вискарём и подсевшая прститутка.
Я даже усмехаюсь негромко себе под нос.
— Нет, у меня всё ок, — делаю глоток в надежде, что девица отвалит.
— А мне показалось, что скучаешь, — улыбается завлекающе. Она не выглядит развратной или наглой. Милая девушка, но ведь мы оба понимаем, зачем она тут и какова её цель.
— Тебе показалось.
— Я внимательная, — она едва ощутимо касается своим указательным пальцем моего запястья, ведёт по нему. — Психолог по образованию, кстати. Я умею слушать. Меня Рита зовут.
Сучка судьба умеет посмеяться. Но в конце концов, это лишь имя.
— Спасибо, Рита, правда, — смотрю на неё. Грубить ей желания нет. — Но мне не хочется ни говорить, ни делать что-либо ещё. Не сейчас.
— Ладно, — она убирает руку и вздыхает. — Как хочешь, парень с виски. Пусть у тебя наладится то, из-за чего ты сегодня пьёшь.
Она подмигивает и спрыгивает со стула.
Какая милая проститутка.
Рита, недолго думая, дефилирует к следующему потенциальному клиенту — мужику, что сидит чуть дальше. Он тоже один и тоже с виски. Чуть старше меня, может, лет на семь-восемь. Слегка небритый и с совсем уж потухшим взглядом. Признаться, не думаю, что Рите там повезёт. Даже берусь наблюдать не без интереса.
Рита так же, как проделывала и со мной, влезает на соседний с мужиком барный стул и что-то негромко начинает ему ворковать. Но, как я и предполагал, получает от ворот поворот.
— Прости, красавица, — качает он головой. — Я с блядями не тусуюсь. Без обид.
— Верный и семейный? — усмехается Рита, но в её голосе нет ни насмешки, ни обиды. Наверное, выбери она другой путь в жизни, могла бы быть кому-то верной и хорошей подругой.
— Типа того, — кивает мужик.
Вздохнув, девушка спрыгивает со стула и уходит, а мужик смотрит на меня пару секунд, потом берёт свой вискарь и идёт ко мне.
— Сильно загружен или можем потереть о жизни? — спрашивает, положив локоть на барную стойку.
Незнакомый собутыльник — идеальный психолог. То, что мне сейчас нужно.
— А чего бы и не перетереть, — киваю на соседний стул. — Говорят, иногда облегчить душу незнакомому человеку даже полезно бывает.
— Владимир, — он садится рядом и протягивает руку, я жму её и представляюсь в ответ.
Потом мы киваем бармену на стаканы, которые уже бы не помешало и наполнить заново.
— Хреново? — спрашивает Владимир. Разговор как-то с трудом склеивается, но, на удивление, с ним и молчать оказывается комфортно.
