— Ты ее заблокируй, Дарин, и от соцсетей отпишись. Нечего тебе эти гадости смотреть.
— Свадьбы же не будет, я так понимаю? Ты поговоришь с папой? — смотрит на меня с надеждой, наверняка думая, что мы с отцом соберем семейный совет и всё устроим.
А мы с Андреем и правда были хорошими родителями своим детям, всегда во всем поддерживали, помогали, не оставляли в беде. Дочка надеется на нас, а сын нуждается в поддержке.
— Я поговорю с ним.
На самом деле говорить с Андреем мне совсем не хочется. Да и видеть его, если честно, тоже.
Видеть эти лживые глаза, слушать нелепые оправдания — я этого боюсь.
Боюсь, что всё будет так, как тогда.
В тот раз.
А еще боюсь ошибиться. Вдруг он на самом деле не виноват? А эта Оля… Эта Оля могла сама присосаться. И с поцелуями накинуться, да еще и специально, чтобы Демид увидел. И браслетик этот… и ресторан. Но откуда ей знать, что это его любимый? Ресторан не из дешевых, вряд ли такая, как Оля, может себе позволить туда ходить просто так.
Сложно всё. И больно.
Больно быть обманутой. Такое противное чувство. Гадкое, липкое.
Именно поэтому говорить с мужем я не хочу. Но я обещала дочери поговорить с ним и разобраться, а я привыкла свои обещания выполнять.
Андрей заперся в кабинете. Сидит тихо, а я… я просто заставляю себя встать, занимаю себя — домашние дела, быт никто не отменял, плюс это отличный способ отвлечься.
Так что благоверный застает меня за приготовлением ужина. Заходит в кухню как ни в чем не бывало, ведет носом.
— Успокоилась, смотрю, — делает удобный ему вывод.
Думает наверняка, раз я занимаюсь обычными житейскими делами, то со мной всё в порядке и к нему никаких претензий нет.
Не дождется!
Разворачиваюсь от плиты, вытираю руки кухонным полотенцем, мужа рассматриваю. Он стоит с таким видом, словно ничего не произошло.
Спокойный как танк.
— Ничего я не успокоилась. Я Дарину успокаивала.
— С ней-то что случилось? — Андрей напрягается и хмурит брови, так и стоит посреди кухни, не садится за стол.
— Это тебе лучше спросить у своей Лялечки, – иронизирую, складывая руки на груди, а имя бывшей невестки говорю с ехидным подтекстом.
— Опять ты…
— Не опять, а снова.
— Давай без фокусов, Эва. Вот любишь ты как тянуть кота за хвост. Скажи прямо, что случилось!
— Да пожалуйста, — жму плечами, подхватывая со стола телефон, вручаю мужу. — На, полюбуйся, что она в сетях публикует. На всеобщее обозрение, между прочим. Дарина переживает, что все это увидят и это отразится на Демиде. Ну что, достойный, теперь тоже будешь отпираться?
Муж всеми силами старается сохранять невозмутимость, долго читает пост, как будто там какой-то Талмуд, потом еще фото рассматривает, с безразличным видом.
От этого я теряю терпение. Понятно же, что он использует паузу, чтобы потянуть время! Оправдания себе ищет!!
— Насмотрелся? Что скажешь, достойный?
— Ты опять, Эва, — грубит, – опять себе что-то придумала? С чего ты вообще взяла, что это я этот… достойный?
— А разве нет? Вполне достойный, я бы даже сказала — более чем, мужчина мечта, для таких вот.
Киваю на свой телефон, а Андрей откладывает его, делая вид, что к нему всё это не имеет никакого отношения.
— Хватит, Эва, спектакль затянулся.
— Спектакль? Да неужели? Да твоя Лялька разве что имя твое не написала у себя на груди! Она же в твоем ресторане сидела. Любимом! Вот посмотри, — показываю ему уже личную переписку. — Она сама мне написала. Мне! Лично! Хочешь сказать, это простое совпадение?
Андрей читает, поджимает губы, головой качает.
— Вот бабье… Куриный народ.
— Что ты сказал?
— Да ничего! Детский сад. Ерундой какой-то занимаетесь.
— Занимаетесь? Я ничем не занимаюсь. Я тебе показала сообщение, которое прислала эта мелкая…
— Хватит! — резко обрывает меня муж, чем выбешивает еще больше. — Успокойся, Эва! Я… я просто хочу сказать, что нужно разобраться в ситуации.
— В какой ситуации? Эта зараза шлет мне фотки из твоего любимого ресторана и пишет, что у нее появился достойный мужчина, не чета нашему Демиду. И как мне это понимать?
— Никак! Твои выводы преждевременные. А ресторан — это просто… совпадение. Ну мало ли, может быть, ей там кухня нравится.
— Что, угощал ее там? Так понравилось, что теперь только туда и ходит?
— Черт, ты не о том думаешь, Эва!
— И о чем же я должна думать? Просвети.
— Не обязательно говорить таким пренебрежительным тоном. Я, вообще-то, в отличие от тебя, пытаюсь разобраться, что у них с нашим Демидом произошло.
— Ага, уже успел утешить ее?
— Господи, о чем ты вообще говоришь? — Андрей воздевает глаза к потолку. Строит из себя святую невинность, а мне его придушить охота! — Девочке плохо, она страдает, хочет сочувствия, они сейчас все напоказ живут, чуть что — сразу посты кидают.
— Девочке плохо? — теперь уже я теряю дар речи. — Она страдает? А на сына тебе плевать?
— С сыном отдельная тема, тут моя вина. Не научил, значит, быть мужиком. А это… — он снова кивает на телефон. — Между прочим, черно-белая фотография — это повод насторожиться. Как бы не было беды!
У меня заканчивается терпение.
— Какой еще беды? Ты о чем вообще?
