Что поделаешь, конспирация. Впрочем, это только добавляет нашему вечеру перчинки.
«Сейчас буду!» — отвечает она.
И не обманывает! Является в назначенное место спустя пять минут. Лицо лучится хитрой улыбкой, в глазах азарт и жажда удовольствий. То, что доктор прописал.
Открываю для нее дверь, наблюдаю за тем, как она садится в мою машину, и еле сдерживаюсь, чтобы не приложиться как следует рукой к ее симпатичной попке. До чего хороша фигура!
— Надеюсь, ты голодна, потому что у меня для тебя припасено лакомство! — говорю, забираясь в машину.
— Стейк из мраморной говядины? — спрашивает она с улыбкой.
— Нет, Снежок, сегодня мы будем есть Фуа-гра. Любишь?
С удовольствием наблюдаю, как она активно кивает.
Дорогуша, тебе со мной будет вкусно во всех возможных смыслах, это я тебе обещаю!
— Спасибо, сдачи не надо!
Расплатившись с курьером, несу заветную коробочку в спальню.
Ночью, когда Снежок уснула, я заказал для нее подарок, справедливо рассудив, что, раз она согласилась регулярно со мной спать, такое поведение заслуживает поощрения. Скорее всего, Снежана этого поощрения ждала еще вчера, хоть и не подала виду, за что я ей благодарен. Не люблю, когда девчонки клянчат, это делает их жалкими. И глупых намеков не люблю. Я даю то, что считаю нужным дать, не более.
Снежок всё еще спит, при этом так сладко посапывает, что будить ее ужасно жаль. Но у меня дела — и важные. Это утро у меня крайне занятое, иначе с удовольствием провел бы время с моей клубнично-сливочной женщиной. Эх… Я бы ее аромат запатентовал, честное слово, настолько он волшебный. Миллионы девушек купили бы такие духи для того, чтобы соблазнять своих мужчин.
Кладу руку ей на плечо.
— Пора вставать… — шепчу на ухо.
При этом помещаю на подушку возле ее лица бархатную коробку.
Снежана округляет глаза, непонимающе смотрит то на меня, то на коробку. Потом охает, садится, прикрыв одеялом грудь, и открывает подарок.
— Нравятся? — спрашиваю с усмешкой.
Будто кому-то могут не понравиться серьги с крупными сапфирами.
— Они очень красивы… — тянет Снежана, совершенно завороженная видом.
Она гладит коробочку, достает одну из сережек, рассматривает камень.
— Божественная работа… Но Игорь, я не могу их принять, извини!
А вот это уже что-то новенькое и совершенно для меня неожиданное.
Снежана — далеко не первая женщина, кому я дарю драгоценности. Обычная реакция — вопли радости, объятия, какие-нибудь особенно пикантные ласки после. Но никак не отказ! Мне вдруг становится обидно. С чего вдруг белокурая нахалка смеет отвергнуть мой подарок? Между прочим, был куплен, точнее заказан, от всей души!
— Почему? — спрашиваю на выдохе.
— Ну как же! Разве не очевидно! У нас же с тобой только секс!
— Ну… да… Но я не понимаю, как наш секс связан с твоим нежеланием принять мой подарок.
— Просто секс — это просто секс, Игорь! Я не хочу, чтобы ты тратил на меня свои деньги! — вдруг заявляет она. — Пожалуйста, пойми правильно, будь у нас отношения, я бы с удовольствием приняла, серьги очень красивые! Но если я это сделаю, получится нечестно! Как будто я на тебе наживаюсь… Я и без того уже слишком дорого тебе обошлась!
— Э-э-э… Ты про фуа-гра? — сначала не понимаю.
— Это я про виски, который стоил целых двести тысяч!
— А-а-а… — громко выдыхаю. — Я уже и забыл. Снежан, мне конечно приятно, что ты заботишься о моем кошельке, но не надо. Я не для того вкалывал как проклятый столько лет, чтобы…
— Всё же не стоит, Игорь! — перебивает она. — Я всё равно буду чувствовать себя обязанной…
— Такая честная, что ли?
— Ага… — активно кивает она.
«Тогда какого черта ты легла в мою постель, если тебе не нужны от меня деньги и подарки?» — этот вопрос ей, конечно, не задаю, хотя очень хочу знать ответ.
Решительно не понимаю ее мотивы. Она что, согласилась со мной спать просто, чтобы со мной спать? Мысль, конечно, приятная, но и совершенно нереалистичная. Я не секс-символ, я обычный мужчина среднего роста, пусть и хорошего телосложения. И лицо у меня обычное… Кроме того, мы с ней не разговаривали ночи напролет, чтобы она могла разглядеть мою светлую душу, да и не нужна душа для секса. Единственное, на что такая, как Снежана, может повестись для быстрой укладки в горизонтальное положение — это деньги! Так зачем отказывается от подарка?
«Снова набивает себе цену? Как-то странно она это делает…»
Снежана
— Пора вставать, Снежок!
Когда он называет меня Снежком, чувствую себя так, будто я снова подросток. Ведь, ей богу, меня называли так только в краснодарской школе, потом разве что Снежкой. Это прозвище будит не самые лучшие воспоминания, но Игорь, кажется, испытывает особенное удовольствие, когда меня так называет, хотя и делает это очень редко. Это прозвище словно вырывается из его губ помимо воли.
— М-м-м… — мурлычу, не открывая глаз.
Чувствую тепло его руки. Игорь легко трясет меня за плечо.