– Интересный факт, – оживился пресс-секретарь. – Расскажите подробнее!
– У нас была видеоконференция. Мы принимали решение вместе.
Секретарь посмотрел на Пантелеева внимательно. Признаков сумасшествия или алкоголизма не увидел. Он сказал:
– Уверяю вас, никакой видеоконференции с президентом у вас не было. И быть не могло.
– Но как же?
– Поверьте, я бы знал.
Некоторое время Пантелеев топтался, моргал и шевелил пальцами, будто пытаясь описать какой-то сложный предмет и не находя слов. Потом, сославшись на самочувствие, ушёл с трибуны. Найдя в толпе Ивана, сказал:
– Разговор есть.
Ресторан по случаю праздника был переполнен. Подгоняя режиссёра выкриками «давай шагай, мудозвон», депутат направился к стройке. Там, выгнав из конторы чумазых людей в касках, депутат потребовал литр чаю и столько же водки.
– Ну давай, рассказывай, – велел Антон Леонидович.
– Вы о чём?
– Как ты это всё устроил?
Ваня немного поотпирался, иначе какой бы он был театральный работник. Лишь увидев, что Пантелеев белеет, как раскалённый вольфрам, режиссёр сдался.
– Это была лучшая из моих постановок. Собственно, действие катилось, благодаря характерам и особенностям персонажей. Я лишь корректировал. Знаете, если в пьесе сходятся десять психопатов, автору остаётся только записывать за ними.
– Теории будешь апостолу Петру рассказывать. Давай по шагам. Кто сливал информацию, кто следил.
– Говорю же, я ни при чём. Почти. Вы сами всё сделали.
– Ты меня за идиота не держи. Даже если оно так и выглядит…
– У меня были планы. Не явные. Но когда мы взялись за дело…
– Кто это, «мы»?
– Я и жена одного майора полиции. Лена.
– Она откуда?
– В каком смысле? Из Коврова она. Женщина. Вышла из своей матери. С матерью я не знаком.
– Шут гороховый! Из какой она организации?
– Сама по себе. Просто активная. И очень хорошо соображает. Сейчас сыскное агентство открыла. Так вот, мы стали искать информацию о хозяине завода. И нам ужасно повезло, вы и ваш помощник оказались крайне мнительны и столь же активны. Сами всё устроили. В православии это называется – господь промыслил. Этот ваш Николай сам приехал в Мстёры, обошёл всех, поколотил трёх футболистов… Кстати, зачем?
– У него рефлексы. Он иначе не может. Дальше.
– Дальше тоже само сложилось, спасибо вашей подозрительности. Идея представить Любу дочерью президента родилась в голове у плотника Степаныча. Мы были против. Никто же не поверит. Но Степаныч человек пьющий и творческий, чувство меры для него – абстрактное понятие. И когда он встретил Николая…
– Но он же не врал, когда говорил…
– Врал. Просто я его научил их всех врать правдоподобно. По Станиславскому. Теперь он верит сам себе, когда врёт.
– Но остальные, когда Николай спрашивал, отводили глаза в момент отрицания…
– Не понял?
– Физиогномика говорит, что человек, когда врёт, смотрит вправо и вниз.
– И что?
– Все ваши актёры, отрицая идею Степаныча, врали с одинаковым выражением лица.
– Думаю, они отводили взгляд, чтобы не смеяться. Это было бы невежливо.
– А проститутка с камерой?
– Это Светка. Компромат собирала. Личная инициатива. Её муж с приятелем унесли. Следили за ней, но не всегда успевали.
– Мы с Колей тогда решили, какие-то спецы нас охраняют, чтобы потом нагнуть без помех.
Пантелеев вспомнил, Светка упоминала Лопе де Вегу. И ужаснулся.
– Сам удивляюсь, как хорошо всё вышло, – сказал Ваня.
– А видеоконференция? Президент из картона? Или пластилиновый, на батарейках?
– Это чудо стоило изрядных денег. Сокурсник на Мосфильме работает. Просто павильон, хорошие спецэффекты, профессиональный грим, синтезатор голоса…
За окошком конторки темнело. Даже в благоустроенных Мстёрах осень выглядит печально. Пили чай, к водке не притронулись. Пантелеев не жалел о построенном заводе. Но его надули, было обидно.
– Грохнуть бы тебя! – сказал он Ване беззлобно, скорей мечтательно.
– За что?
– Ты заслужил большего, чем просто по морде.
Ваня пожал плечами.
– Нет. Вы меня не тронете. Вы будете меня любить и вспоминать с нежностью.
– Это почему?
– Во-первых, я вас развлёк как никто. Голливуд не у дел. И потом, вы ведь не знаете точно, вру ли я вам сейчас или тогда врал. Вдруг у меня задание – спрятать следы? Убедить вас в том, что ничего не было? Ведь получилось? А?
Пантелеев молча налил четвёртый стакан, утопил в нём пакет, добавил сахар. Посмотрел в окно. Крупно отхлебнул.
– Ты считаешь, я дурак? – спросил депутат.
– Вовсе нет. Просто работа у вас такая – предугадывать неприятности. Вас подвело незнание драматургии. Если бы вы обратили внимание на нашу пьесу, афера бы провалилась.
– А что там? Что-нибудь про экскаваторы?
– «Собака на сене». Безродный юноша представляется сыном вельможи и исполняет свои мечты. Обретает богатство и красавицу-жену.
– А эта ваша Люба, кстати, где сейчас? Интересно глянуть на дочь президента.
