— Конечно, если бы это был он, Рини мог бы утверждать в суде, что его заставили это сделать, — сказал Страйк. — Если у церкви действительно есть оружие, то кто-то мог наставить его на детей в масках свиней и заставить их выступать. Я понимаю, почему Рини не хотел, чтобы этот эпизод получил огласку. Насильники и педофилы находятся на самом дне пищевой цепочки, даже среди закоренелых зэков.
— В любом случае, — сказал Страйк, с некоторым опозданием вспомнив, что он должен был не поощрять свою партнершу к насилию и разврату, а призывать ее думать о более приятных вещах, — иди, съешь торт и посмотри фильм с мамой или что-нибудь еще. Это должно ее порадовать.
— Она, наверное, спрятала мой ноутбук, пока я с тобой разговаривала. Я дам тебе знать, если полиция свяжется со мной по поводу Джейкоба.
— Хорошо, — сказал Страйк, — а пока…
— Пончики и ромкомы, — вздохнула Робин. — Да, хорошо.
Сила низших людей растет.
Опасность приближается к человеку, уже есть явные признаки…
Успокоенная перспективой вернуться к расследованию в понедельник, Робин поднялась на лифте в свою квартиру. В гостиной она тихо закрыла ноутбук, намереваясь вернуться к работе, как только ее родители будут благополучно уложены на диван-кровать вечером, и приняла от матери кружку свежего чая и шоколадный эклер.
— Что он хотел? — сказала Линда, усаживаясь на диван.
— Сказать мне, чтобы я успокоилась и съела пирожное, так что он был бы доволен этим, — добавила она, указывая на эклер.
— Значит, Райан возвращается домой?
— В следующее воскресенье, если только он не улетит раньше, — сказала Робин.
— Нам нравится Райан, — сказала Линда.
— Я рада, — сказала Робин, делая вид, что не услышала невысказанного имени Страйка.
— Он очень хорошо держал нас в курсе событий, — добавила Линда, опять же с тихим добавлением: в отличие от Страйка. — Как ты думаешь, он хотел бы иметь детей?
О, ради Бога.
— Понятия не имею, — солгала Робин. На самом деле Райан ясно дал понять, что хотел бы иметь детей.
— Он всегда спрашивает об Аннабел, — тепло сказала Линда, имея в виду племянницу Робин. — Вообще-то у нас есть новости. Дженни снова беременна.
— Фантастика! — сказала Робин, которой нравилась ее невестка, но она недоумевала, почему от нее до сих пор скрывали эту информацию.
— И, — сказала Линда, сделав глубокий вдох, — девушка Мартина тоже беременна.
— Я даже не знала, что у него есть девушка, — сказала Робин. Мартин, родившийся сразу после нее по порядку рождения, был единственным сыном, который все еще жил с родителями и имел не очень хорошую работу.
— Они вместе всего три месяца, — сказала Линда.
— Что это за девушка?
Линда и Майкл посмотрели друг на друга.
— Ну… — сказала Линда, и односложное слово прозвучало с неодобрением.
— Она любит выпить, — сказал Майкл.
— Ее зовут Кармен, — сказала Линда.
— Мартин доволен?
— Мы не знаем, — сказала Линда.
— Возможно, он будет, — сказала Робин, которая не была в этом уверена, но считала, что в присутствии родителей лучше быть оптимистом.
— Я так и сказал, — ответил Майкл. — Он говорит о том, чтобы получить лицензию на перевозку грузов. Вождение грузовиков на дальние расстояния, знаешь ли.
— Ну, ему всегда нравилось водить машину, — сказала Робин, решив не упоминать о многочисленных случаях, когда Мартин чуть не попал впросак, напившись и набравшись храбрости.
— Как ты, — сказал ее отец, — с этой продвинутой водительской квалификацией.
Робин прошла курсы повышения квалификации по вождению в те месяцы после изнасилования, завершившего ее карьеру в университете, когда управление автомобилем вернуло ей чувство безопасности и контроля. С облегчением получив возможность поговорить на тему, не связанную ни с детьми, ни с карьерой, Робин начала разговаривать о старом лендровере и о том, пройдет ли он очередное ТО.
Вторая половина дня прошла относительно спокойно, потому что Робин нашла по телевизору документальный фильм, который, к счастью, заинтересовал обоих ее родителей. Робин захотелось вернуться к ноутбуку, но она боялась нарушить шаткое спокойствие и бездумно смотрела, пока, когда наступил вечер, она не предложила доставку и не заказала Deliveroo.
Пиццу только успели доставить, как раздался зуммер возле двери квартиры.
— Робин Эллакотт? — сказал высокий мужской голос, когда Робин нажала кнопку интеркома.
— Да?
— Это констебль Блэр Хардинг. Мы можем войти?
— О, да, конечно, — сказала Робин, нажимая на кнопку, чтобы пропустить их через внешнюю дверь вниз.
— Что от тебя хочет полиция? — спросила Линда, выглядя встревоженной.
— Все в порядке, — успокаивающе сказала Робин. — Я ждала этого — я дала показания о том, чему была свидетелем на ферме Чепмена.
— О чем?
— Мам, все в порядке, — сказала Робин, — это связано с тем, что кто-то не получил должной медицинской помощи. В полиции сказали, что свяжутся со мной.
