Сейя хочет лишь пропасть с братом, скрыться от врагов, которые хотят порвать их. Но теперь они с Лиром попали в плен.Она не знает, что с Эшем, ее терзают воспоминания о заключении в Асфодели. Она должна поверить в Лира и его секреты. Чтобы сбежать, им придется работать вместе, чтобы найти выход, пока судьба, задуманная похитителями, не воплотилась в реальность.
Боль пронзала тишину бессознательности. Веки Сейи затрепетали. Она резко вдохнула, и боль обожгла правую сторону ее грудной клетке.
Она открыла глаза. Тьма сменилась бетонным потолком. Ее тело болело. Напряжение сдавило ее мышцы, обострило ощущения. Она медленно и осторожно села. Сейя скользнула взглядом по маленькой камере с решеткой с трех сторон и бетонной стеной сзади. Камера заключения.
Паника вспыхнула в ней, сотни воспоминаний о темных камерах терзали когтями ее душу. Но это другое. Это не Подземный мир.
Где она была?
Она глубоко дышала, управляя страхом. За передними прутьями был широкий коридор с прочной стальной дверью с крохотным окошком — единственный источник света. Еще четыре камеры были на другой стороне коридора, так что всего их было восемь. Все были пустыми, кроме одной. Сейя повернулась к камере слева от нее. Тело неловко лежало на боку, не двигалось, кроме подергивания плеч с каждым вдохом. Бледные волосы Лира почти сияли в темноте.
Она подавила новую волну страха. Ее брата здесь не было. Если она в плену, где Эш?
Стараясь дышать медленно и спокойно, она встала на колени и подобралась к краю камеры. Сейя склонилась к прутьям, не обращая внимания на боль в мышцах, и протянула руку между ними. Она едва смогла зажать штанину Лира пальцами и слабо потянула.
— Лир? — прошептала она.
Ответа не было.
Сейя потянула снова и позвала его чуть громче. Он не шевелился.
Она убрала руку и прижалась спиной к прохладным стальным прутьям, дрожа от холода в сыром подвале, от страха и воспоминаний, что не оставляли в покое — воспоминаний о других подземных камерах, других ночах в темноте с осознанием того, что грядет.
Закрыв глаза, Сейя обвила себя руками и сосредоточилась на биении сердца и восстановлении силы. Тело болело после боя, но она не помнила… Ее разум был в тумане задержавшихся кошмаров прошлого, которые она хотела забыть.
Глубокий вдох.
Что он помнила? Что было последним?
В голове всплыло лицо: Пайпер. Пайпер с тремя чешуйками на лбу — метками рюдзина. Чеймон стала отчасти деймоном.
Да, она вспомнила. Они отправились в Надземный мир, чтобы спасти Пайпер. И та открыла деймоническую кровь в себе, чтобы управлять магией.
Сейя зажмурилась. Что потом? Ощущение щекотало память — ладонь на ее руке. Эш берет ее за локоть и отводит от остальных. Он склонился и шепнул ей на ухо идти через лей-линию первой, быть осторожной, ведь игра еще не окончена. Он не доверял Майсису, хитрому деймону Ра с зелеными глазами. Не доверяла и она.
Ее плечи напряглись от других воспоминаний.
Она вышла из лей-линии на земную почву, и когда ее нога коснулась травы, дым взорвался к ее ног, окутывая белым облаком. Удивленный выдох, и она задохнулась от вещества в дыму. Голова закружилась, тело тут же ослабело.
Враги появились со всех сторон. Она сражалась — должна была — но не помнила толком ничего, кроме смутных силуэтов врагов вокруг… и боли.
Ее глаза медленно открылись, горькая злость поднималась в ней волной льда. Деймоны Ра. На нее напали деймоны Ра. Она взглянула на Лира, который все еще был без сознания из-за того же вещества, что использовали на ней. На него могло повлиять сильнее, драконианы обладали хорошим сопротивлением к ядам и прочим веществам. Страх пробежал дрожью по ее спине. А если вещество было слишком сильным? А если он не проснется?
Она вернулась к прутьям и снова вытянула руку. Сейя схватила его штанину, притянула ногу ближе, чтобы доставать до его лодыжки. Она осторожно придвинула Лира к прутьям, борясь с его весом под неловким углом. Он оказался достаточно близко, она обхватила его ладонь и прижала два пальца к запястью, закрыв глаза. Его пульс бился о ее пальцы, медленный, но уверенный. Она считала около минуты, пока не убедилась, что его сердце было сильным. Он скоро проснется.
Сейя опустила его руку ему на грудь в удобном на вид положении, отодвинулась от прутьев. Она могла лишь найти путь побега, так что сосредоточилась на вариантах. Ее оружия не было. Холодный вес вокруг шеи подтвердил то, что она знала, открыв глаза: ошейник подавлял ее магию. Жаркий вихрь силы в ней был тихим, холодным… недосягаемым.
Ей бы талант брата ломать ошейники.
Сейя закрыла глаза, но в этот раз не искала свои мысли. Она искала другое.
«Зала?»
Радостное приветствие коснулось ее разума. Радость Залы успокаивала и согревала ее в холодной камере.
Люди и другие деймоны не понимали связи между драконианом и дракончиком. Ее народ это устраивало. Они не хотели, чтобы враги знали, как сильно можно навредить дракониану, ранив дракончика. Их связь была сложной и глубокой, нить от души к душе.
Сейя сосредоточилась на Зале. Она не могла читать ее мысли, не говорила через связь прямо. Они просто желали другому знать то, что знал другой, когда хотели чем-то поделиться. Передача мыслей и чувств была мгновенной, интуитивной.
