Представь, что ты попала в сказку. Представь, ты живешь в Замке. Представь, рядом — человек, готовый выполнить любое твое желание, благородный Рыцарь, способный пожертвовать своей жизнью ради тебя. Представь, ты можешь все! Не нравиться? Да чего же ты хочешь?! Ах, любви возжелалось? Большой и чистой, как свежевымытый слон? Ну, извините, девушка, это уже не к нам претензии…
День у Клоти не задался с самого утра. Мало того, что понизили зарплату, так еще и посадили за старый, всем уже надоевший станок. Вот везет Антре, та столько нитей вместе свяжет, только и успевай узелки распутывать, да новые оттенки добавлять. Или Лахея, та вообще войнами занимается. Нет, понятно, там по ткани сплошные дыры идут: то одна нитка порвется, то вторая, — но так работа-то интересная!
А тут... Вся работа — плетение длинного цилиндра... Начало цилиндра давно уже затерялось где-то в анфиладах комнат, а ты тут все плетешь да плетешь... И ладно бы цвета новые добавлялись, так нет. Идут две нити — красная и синяя. Сперва плетется рядок синей, потом — рядок красной... Потом они перекручиваются... И так уже до самого конца.
До самого конца алой нитки. Синяя часто рвется, но это не страшно, сделала узелок и все. А вот если порвется красная...
Сперва надо долго и нудно подбирать в корзине с катушками нужный оттенок: не дай Один промелькнет полоска золотого люрекса, проскользнет шерстяная нить, или, чего доброго, закрадется неподходящий оттенок... Затем потрошить старое плетение, вытаскивать откуда-то из середины небольшой кусочек синей нитки, привязывать к ней новую... Морока одна! И опять: красная — синяя, синяя — красная...
Красная нить окончилась перед самым обедом. Клоти задумчиво высыпала на пол содержимое корзины, переворошила катушки... Нитки все одинаковы. Различия лишь в оттенках. Ведь синяя и красная нить должны быть очень, как бы это сказать, близки...
Имир, ну как же скучно!
Подобрав необходимый оттенок — багрово-красный? Клоти медленно взвесила катушку в руке. А та вдруг шустрой мышкой выскользнула из ладони и закатилась куда-то под шкаф! Тяжело вздохнув, парка встала на ноги.
Поиски были безрезультатны. И что теперь делать? Остальные оттенки в корзине не подходят. Распускать всю работу за последние несколько месяцев? Так ведь не Клоти это плела. Работа стольких тружениц прахом!
Решение пришло само. На дальней полке, еще со времен предыдущей хозяйки этих комнат, завалялась едва начатая катушка алых ниток. Разница мала. Никто и не заметит, правда?
На календаре было двадцать девятое декабря, на часах — шестнадцать тридцать пополудни, а я... Как там было в кино? Жить, как говорится, хорошо, а хорошо жить еще лучше? Ну-ну... В любом случае сейчас это пословица-поговорка была не про меня. Нет, ну где это видано? В самом деле, до нового года осталась пара дней, а у меня... Ну, хоть вешайся! Подарков родным не купила, Славка на праздник прийти не сможет, у него, видите ли, выступления какие-то. И угораздило же начать встречаться парнем, выступающим в массовке в музтеатре?! Единственное, что радует, — сегодня на репетицию позвал. Зайдешь, значит, Гелла — это меня так зовут, — с заднего хода, скажешь, что ко мне, тебя пропустят...
Ага, пропустили, как же! А потом догнали и еще раз пропустили! Охранник оказался на всю голову больным, помешанным на терроризме, и черт знает сколько мариновал меня на морозе, отказываясь впускать! Видите ли, ни на какую Ангелину Васильеву пропуска не поступало! Честно, я уже была готова поубивать всех и вся! Лишь минут через двадцать до меня дошло, что стоит поинтересоваться, поступал ли пропуск на имя Геллы. Как выяснилось, тоже не поступал, но Славка на словах попросил такую пропустить. Нет, я просто не знаю, что я с ним сделаю, когда встречу.
А еще бы мне хотелось выяснить, кто из родителей оказался таким умником, что дал единственной доченьке имя Ангелина. Только и папа, и мама молчат как партизаны. Пару лет назад проскользнуло воспоминание, что меня хотели назвать Анжеликой.
Начитались, блин, Анн и Серж Голон. Или насмотрелись. Одно другого не лучше.
Хорошо, хоть назвали более адаптированным к русскому языку именем.
Правда, и оно мне особо не нравится. Его ж даже сократить толком нельзя. Аня? Ага, а потом объясняй, как звучит твое полное имя. Лина? Спасибо, я еще не настолько фантастики перечиталась! Остается только Гелла.
В начале все было нормально. В детском саду я была Гелей, в начальных классах — Геллочкой. Проблемы начались в старших, когда по программе пошли «Мастер и Маргарита». Ой, мрак, сколько я тогда вопросов на тему, когда прибудет Мессир, да скоро ли начнется бал, понаслушалась.
Но и это еще не все! Классе в пятом родители дружно решили, что мне нужно музыкальное образование (ага, всю жизнь просто мечтала!) и отдали учиться меня… играть на арфе! Ну, вот просто мечта идиота!
