Она убрала его руку и, стараясь не выдавать свой страх, продолжила:
– Ты сказал про какое-то растение. Я не понимаю, про что ты?
– Был у меня цветок… Ну как был, почти двести лет как засох, и тут ты влезаешь туда, куда тебе не следует, и пробуждаешь его, – его болотные глаза становились ярче, вены на руках вспухли.
Она вспомнила того, кого она видела тогда под фонарем. И, решив не провоцировать его, замолчала.
Они доехали до особняка, в котором отмечался его день рождения, оба вышли из машины. Сюзанна посмотрела в сторону леса, который был совсем близко, и побежала. Она немного отбежала, а за ней как будто никто и не гнался. Девушка на бегу обернулась – возле машины никого не было, в этот момент она ударилась о какое-то препятствие и, слегка отлетев, упала спиной на траву. На нее смотрел Егор.
– Я же просил без фокусов! – он поднял ее за руку, и так они молча, держась за руки, дошли до дома.
Он открыл дверь и пропустил ее вперед.
– Я так и не понимаю, зачем мы приехали сюда.
– Сейчас все поймешь. Поднимайся на чердак, – девушка неуверенно посмотрела на него и ступила на лестницу.
Дойдя до чердака, она толкнула дверь, в этот раз она беспрепятственно открылась.
Они оба вошли в небольшое помещение.
– Вот смотри, – он указывал на стол, на котором стоял горшок, а в нем уже был тонюсенький зеленый стебелек с еще не до конца раскрывшимся листочком.
– И что это? – она озадаченно посмотрела на него.
– Цветок… Которого не должно быть…
– Не поняла… Ты не хочешь, чтобы этот цветок был?.. Так выдерни его, меня зачем привез?
– Ты думаешь, это так просто? – он подошел к столу, взял двумя пальцами цветок и потянул руку вверх. При этом горшок поднялся, но цветок не вышел из земли.
Девушка ахнула:
– Что это? Как такое может быть?
– Вот и я спрашиваю, что ты с ним сделала?
– Я… – Сюзанна пыталась вспомнить тот вечер. – Я… Просто коснулась земли и все.
– Просто коснулась земли… – передернул он ее.
– Да. Вот так, – она провела рукой по земле, а стебелек как будто бы шелохнулся, как живой.
Парень схватил девушку за руку.
– Не прикасайся! Больше никогда.
– Хорошо. Хорошо.
Он отпустил ее.
– Что это значит? Как ты это делаешь?
– Я не знаю, я честно не знаю.
Он посмотрел на растение, потом на девушку, потом снова на растение и неожиданно взревел и ударил по деревянной обшивке стены. Сюзанна испуганно вздрогнула, а он заговорил.
– Двести лет ведь молчал, двести, что произошло… – он сел на пол.
– Этот цветок у вас в семье уже двести лет живет? – как можно спокойнее начала Сюзанна.
Он посмотрел на нее наверх и засмеялся каким-то неживым смехом.
– В моей семье… Да, можно и так сказать.
– А почему он не должен расти?
Он посмотрел на цветок, потом на нее и встал с пола.
– Окей, похоже, что проще будет рассказать, чтобы выяснить, что тут происходит. Пойдем вниз, – он рукой позвал ее и вышел из чердачной комнаты.
Они спустились вниз.
– Что будешь? Может, вина?
Девушка немного помолчала, но уверенно ответила.
– Хорошо, немного можно.
Он разлил по бокалам вино и сел на диван.
– Короче говоря, три дня назад мы отмечали мое трехсотлетие.
Девушка поперхнулась, откашлялась и наигранно сказала:
– Ха-ха-ха, очень смешно.
– Да, бывало весело, бывало не очень. И родом я из Парижа, хотя в этом и врать не пришлось, но родители мои еще в середине 18-го века умерли.
– Я не пойму, это ты сейчас меня рассмешить пытаешься или за дуру держишь?
– За дуру я тебя не держу. Поэтому решил рассказать. Но понимаю, что выглядит неправдоподобно. Но… Ты читала «Красавицу и чудовище»?
– Да, и что?
– Это обо мне.
– Что?! – с усмешкой сказала она
– Давным-давно один парень встречался с одной девушкой.
Он был Чудовищем, а она жуткой болтушкой, хоть и Красавицей. И была у нее подруга, которая Габриель, и которая и сама хорошая фантазерка. Вот и ходит по миру правдивая, но не совсем, история.
– Еще раз ха-ха-ха.
Он поднялся. Достал из шкафа фотоальбом и вручил его Сюзанне:
– Вот посмотри.
Она начала листать страницы фотоальбома, на которых красовались старинные рисунки, фотографии, некоторые сильно выцветшие, под всеми был указан год и место фотографии. Хотя и по одеждам и обстановке на фото можно было определить, какое это примерно время. И самое странное и страшное, на всех этих фотографиях был он – Егор.
– Это что? – она подняла на него удивленные глаза.
– Это я.
– Как ты?! – она еще с полминуты молчала, закрыла альбом и сказала: – Я не понимаю, ты типа то чудовище из сказки?
– Типа да.
– Триста лет?
– Триста лет.
Он продолжал пить вино, сидя на диване, и даже не смотрел на девушку.
– Подожди… Как такое возможно? Что это?
– Колдовство. Инквизиция не всех сожгла, – он зло захихикал.
– В сказке его заколдовала колдунья и дала время на то, чтобы расколдоваться. И время отсчитывалось цветком… – она посмотрела на него. – «Аленький цветок давно засох»…
– Вот именно, – в этот раз он взглянул на нее и щелкнул пальцами, – но в сказке ложь, да в ней намек…
– Расскажи тогда свою правду.
