Поднимая на своего мужчину глаза, Дани не могла даже пошевелиться, придавленная всем его весом. Он, не сводящий с нее своего упрямого взгляда, напоминал ей обо всем хорошем, что было между ними когда-то.
- Я рядом, – прошептал в сантиметре от ее лица Норман. – Я здесь.
Его горячая ладонь обжигала кожу ее живота, даря тепло и спасение от охватившего холода. Секунда у нее ушла на то, чтобы задвинуть свою совесть поглубже, и Дани, привстав на цыпочки, коснулась мимолетным поцелуем сжатых губ Ридуса. Его довольное рычание, раздавшееся в ответ, отозвалось в ее теле мурашками, пронесшимися по пояснице. Нужно было снять напряжение, сковавшее их обоих, и Ридус не собирался церемониться, зная, что она здесь вся для него. Сдергивая ее шорты, носящие такое название лишь с большой натяжкой, и больше похожие на нижнее белье, Норман рывком высвободил и себя из потертых джинсов.
Один ее согласный кивок, и он уже весь в ней, проникая сразу на всю глубину, впиваясь грубыми пальцами в ее нежную кожу, не заботясь о синяках, появляющихся на ней согласно традиции, прошедшей сквозь года.
Изгибаясь и подставляя новые места для поцелуев, Дани не щадила ни себя, ни его. Цепляясь острыми ноготками за открытые участки кожи своего мужчины, она пыталась попасть в его ритм, подстроиться под него, но спустя пару безуспешных попыток с ее стороны, он помог ей в этом, поддерживая за бедра и сильнее вколачивая в стену.
Она его женщина и так будет всегда! Чтобы она не говорила, как бы это все не отрицала, но здесь и сейчас она отдавалась ему так, словно он был для нее эпицентром всего мира. И он будет в это верить. Верить в то, что она только для него, и в их жизни нет места другим людям, желающим разрушить все… Несколько минут наедине с той, о которой он думал все время, приносят лишь короткое облегчение – для него. И понимание, что это было лишь для того, чтобы отогнать страх – для нее.
Заканчивая поиск своего белья, Дани почти не смотрела в сторону Нормана, но он не мог удержаться, чтобы снова не заключить ее в объятия, чтобы вновь не привлечь ее к себе, вдыхая ее запах. Пусть время остановится и даст ему еще хоть мгновение, чтобы просто почувствовать ее в своих руках…
Громкий и чуть ехидный кашель за их спинами, отрезвил обоих оторвавшихся друг о друга людей.
- И где вы были?! – уперев руки в бока и взирая на них так, как будто они перед ним в чем-то провинились, Мингус не сводил взгляд со стушевавшихся, еле успевших привести себя в порядок взрослых.
========== Часть 24 ==========
Обычный такой день моей жизни. Из тех дней, когда я думаю, что, может быть, завести новую жизнь, другую жизнь, было бы совсем не так уж плохо. Но где, черт возьми, я свернула не туда и можно ли переделать человека, которому больше двадцати лет? И где взять эту новую жизнь, если старая так запуталась, что не знаешь, как ее распутать?
Лорел Гамильтон «Лазоревый грех»
Как объяснить округлившему глаза и внимательно изучающему их лица Мингусу произошедшее только что? А если не объяснять, то что сказать? Сказать, что они просто заблудились и искали по просьбе Даниелы дамскую комнату, или что кому-то из них стало плохо? Посмотрев друг на друга, но так и не придя к какому-либо согласию, Дани и Норман вновь обернулись к нетерпеливо постукивающему носком ботинка по полу Мингусу.
- Вы снова вместе? – прищурился подросток, обводя их обоих взглядом и ожидая немедленного ответа.
- Да! – радостно выпалил Норман.
- Нет! – чуть менее уверено, чем стоящий около нее мужчина, пробормотала одновременно с ним Дани. Она не могла так просто признаться, что, возможно, и сама этого хочет, ведь во внутренней борьбе с самой собой и недоверием к любимому она все еще проигрывала.
То, как посмотрел на нее в этот момент Ридус-старший, вынудило Дани отступить от него на шаг, но, кажется, он не принял ее ответ всерьез, думая, что она просто еще не все для себя решила, и двинувшись к ней, взял за руку. Смысла вырываться Даниела сейчас не видела: не хотела причинять боль обоим своим мужчинам, с надеждой следящим за каждым ее неосторожным движением.
Завибрировавший в ее сумочке телефон должен был дать ей минуту передышки, когда она вытащила его на свет и отошла от Нормана, чтобы ответить на присланное сообщение. На экране светилась улыбкой физиономия Кантилльо, очень довольного и передающего свое счастье Даниеле даже на таком расстоянии от нее. Он сжимал в руке контракт на новую работу и посылал брюнетке воздушный поцелуй.
