Гóрдон лежал без чувств недолго. Фролов так хлестал его по щекам, что если бы тот быстро не пришёл в себя, то у него бы точно оторвалась голова. Уэлч вновь сел в своё кресло, попил принесённой секретарем холодной воды. Вроде, всё хорошо. Он снова готов к работе, крепкий, работящий парень. Но работы, как таковой, уже не было! Шквал звонков, которые принимал Гóрдон, приносили только одну информацию — провал! В конце концов, позвонил разгневанный босс и попросил срочно приехать. Заодно сообщив, что в Российское представительство компании уже назначен новый руководитель. К чести Гóрдона, он никак не прореагировал на это известие. Ну, может, только стал немного заикаться. А неприятные события всё продолжали и продолжали наваливаться.
Фролова вызвал к себе первый заместитель Уэлча. Данила Мыльщиков. Вообще-то, в этой компании, даже в первые замы назначались иностранцы. Но Данила пользовался большим авторитетом, как думающий специалист и управленец, отчего владельцы двигали его по карьерной лестнице даже в ущерб устоявшимся традициям. А теперь решили назначить на место Гóрдона с испытательным сроком три месяца. Мыльщиков вызвал Фролова к себе не просто так, понимая, что резкое повышение — не результат его заслуг, а некая фатальная ошибка Гóрдона. Так же Данила понимал, что в данной ситуации, Фролов в курсе всех важных деталей.
Данила: Владимир Петрович, меня назначили на место Уэлча, пока исполняющим обязанности…
Фролов: Что ж, могу вас поздравить!
У Владимира Петровича за сегодняшний день столько событий, что эту новость он проглотил, как приятную витаминку. К тому же, легче работать с тем, кого хорошо знаешь. А если говорить совсем откровенно, он так устал, что ему стало совершенно пофиг. Назначили и назначили…
Данила: Да, собственно, я даже не об этом. Подскажите, что там намутил Уэлч?
Мыльщикову доставляло удовольствие говорить о Гóрдоне, как о чём-то прошедшем, хотя с бывшим шефом сложились прекрасные деловые отношения, но даже, как минимум три месяца управления представительством такой солидной компании — это огромный скачок в карьере. А Данила бредил карьерой. Его интересовала только карьера и всё подчинялось этому стремлению. Всё! Данила понимал, есть шанс. Такой шанс бывает только раз в жизни и ему требовалась информация от Фролова, чтобы не совершить той же ошибки, что и Гóрдон. А по возможности, заработать на ошибке бывшего начальника побольше очков.
Фролов: Что намутил Уэлч? Он перешёл кому-то дорогу и этот кто-то очень влиятельный человек. Вот так. А теперь, в знак нашей дальнейшей дружбы, сообщу некую конфиденциальную подробность. Проблемы у Гóрдона начались из-за Алисы Кант. То ли он приставал к ней, то ли ещё что. Сегодня он потребовал её уволить и вот результат.
Данила: Так её уволили?
Данила заволновался, он пока не понимал, что выгоднее оставить Алису или, прикрывшись Уэлчем, уволить.
Фролов: Пока до конца нет — ещё работает. Гóрдон приказал увольнять по-плохому, а это длительное мероприятие, если всё грамотно делать, конечно. Ну, вы же понимаете…
Данила: Так, может, тогда не стоит увольнять?
Фролов: Думаю, точно не стоит. Уэлч потерял должность из-за неё, но имеет возможность спокойно уехать. Всё-таки, иностранец. У тебя так не получится.
Фролов понимая, что стоит за последними событиями, предпочёл не злить зверя разорвавшего Гóрдона. И хотя он бы сам с удовольствием избавился от опасной Алисы, чувство самосохранения подсказывало, что вести себя стоит иначе и оставить девушку в покое.
Данила: Я тоже думаю, что не стоит увольнять. Замните тему. А с Алисой Кант я, пожалуй, поговорю.
Фролов: С ней сегодня двое — сопровождение. И их прислали сверху. Не суйтесь.
Данила: Тогда переиграйте ситуацию с увольнением прямо сейчас. Да… Спасибо вам!
Фролова, как спеца по безопасности, интересовали и касались все дела компании. Это его законный хлеб. Хорошие отношения с руководством, часть такой работы. Фирма каждый месяц перечисляла охранному агентству хорошие деньги, поэтому мелкие просьбы руководства представительства, Фролов выполнял чётко и беспрекословно. А сегодня особенно ретиво.
Катя Рогинцева была ещё раз сильно ошарашена, когда узнала, что вся утренняя работа проделана зря. И сильно расстроилась, когда узнала, что на фирме поменяли шефа. К сожалению, это пока тайна. А Алиса, эта Алиса, остаётся работать дальше. Катя сильно пожалела, что была с ней так груба. Если уж Гóрдона подвинули, то о ней и говорить нечего. Рогинцевой стало очень страшно. «Вот я дура», — думала Катя, вспоминая о том, как она бегала по офису и распространяла порочащий Алису слух. Что теперь делать? Катя расстроилась, да так сильно, что спрятавшись в туалете, расплакалась от бессильной злобы и обиды. Она завидовала Алисе, её красному платью, красоте и триумфальной победе над Гóрдоном в конце концов. «Я теперь совсем серая и незначительная», — думала Катя, промакивая слёзы платочком. Ей себя стало безумно жалко, отчего новые слёзки ещё быстрей подкатывались к глазам.
