Толя: Ты не понял. Если не будешь следить, с работы вылетишь!
Лёлик: Это ты не понял. Я клал на тебя и на работу, если она мне так достаётся. Иди, надоел!
Толя: Ты не понимаешь, я люблю её. Она моя! Она любит меня. Я трахал её. Тебе, как ещё объяснить, чтоб ты сделал, что тебе говорят!
Лёлик: По воде пройдись, идиот. И не рассказывай мне о любви! Ты жалкий избалованный говнюк и больше мне тебе сказать нечего!
Толя: Что-то ты холоп разбушевался. Наверное, крутым себя почуял. Смотри, нос в баян переделаю.
Лёлик промолчал. Говорить с Толей в таком тоне точно не имело смысла. Толя разнервничался и, видимо, окончательно потерял связь с действительностью, продолжая угрожать, шипя, как напуганная гадюка. Лёлику же было всё равно, он равнодушно слушал этот стрекот не обращая на него особого внимания. Но за Лёлика ответил внезапно появившийся Понтч. Никогда до этого он не появлялся так вовремя.
Понтч: Нос, говоришь… В баян, говоришь… Круто! Ты, наверное, в музыкальной школе учился?
Толя: А ты чего лезешь? Иди, куда шёл, не лезь не свои дела!
Понтч просто расплылся от удовольствия. Он жизнерадостно глупыми глазами смотрел на Йетса-младшего. И не меняя дурацкого выражения лица, сделал тому саечку. Потом ещё. А потом быстро-быстро, ещё множество раз. Толя обалдел и не реагировал, только глазами моргал.
Понтч: В себя приходишь? Милок. Меломан-гармошечник!
Джеймс: Каков красавец, можно и мне саечку ему сделать?
Понтч: Я за. Потом его можно в пруд скинуть. Он остынет. Как пить дать!
Джеймс: Но не поумнеет?
Понтч: Не в этой жизни точно!
Джеймс: Тогда чего на него время тратить!
Толя сообразил, что перевес сил не в его пользу. Надо срочно валить! И стал потихоньку пятиться к машине, затем прыгнул за руль и уехал.
Понтч: Смотался стервец, а как шумел!
Джеймс: Это у него от любви. Кстати, к той же Олесе.
Понтч: Она просто заколдованная какая-то, все по ней сохнут!
Лёлик: Сейчас сюда Алиса придёт. Мы договорились встретиться.
Понтч: Тоже мне, новость. Только ты ошибаешься, она не сейчас придет. А через тридцать две минуты. Засекай.
Ларри наблюдавший за ситуацией с Толей немного в стороне, подошёл к компании. От чего создалось такое ощущение, что и Джеймс, и Понтч, и Ларри стали единым целым. Лёлик совсем не понимал своего нового восприятия. Он постарался осмыслить загадку, но что-то сбило внимание и не дало это сделать. Они реально единое целое. Почему? Это просто невозможно объяснить!
Лёлик: Вот и я, наверное, без работы! Вы просто волшебным образом освобождаете от трудовой деятельности.
Понтч: А ты не парься, всё зависит от тебя. Не пропадёшь!
Лёлик: Вот пугает, когда говорят, что всё зависит только от меня! От этого кажется, что в этот момент всегда обманывают.
Ларри: Но это же тебе сейчас не обычные люди говорят!
Лёлик: А что, есть разница!
Ларри: Конечно! Обычные люди живут общим и все ценности, которые у них есть — всего лишь мнение большинства, что это ценно. Вы вынуждены считаться с довлеющим мнением. Но ты, как свободная личность, должен строить свою жизнь самостоятельно. Люди, конечно, тебе могут помочь что-то сделать. Но всё равно настанет такой момент, когда ты будешь вынужден принимать исключительно собственные решения.
Лёлик задумался, Ларри снова сказал важную для его осознания вещь. Лёлик, как будто заново ощутил себя, понял, как тесно связан с этим миром и людьми наполняющими этот мир. А также, со всеми событиями кипящей жизни и правилами игры. Лёлик начал грузить свой мозг по этому поводу, но как всегда Понтч и Джеймс отвлекли своей шутливой болтовней.
Понтч: Точно, всё зависит от нас! Я тут решился познакомиться с нормальной тёлкой, ходил вокруг неё гоголем, говорил про Родена.
Джеймс: Ну, и что… Что произошло дальше?
Понтч: Сошлись на пятидесяти баксах.
Джеймс: Очень романтичная история.
Понтч: Ну, не знаю. Одно дерьмо со мной происходит.
Джеймс: Это с тобой дерьмо происходит? Это со мной дерьмо происходит!
Понтч: В моей дерьмовой жизни столько дерьмового дерьма, что твоё дерьмо просто клубникой пахнет по сравнению с моим дерьмовым дерьмом.
Джеймс: Знаешь, я думаю, что ты — дерьмовый мученик.
Понтч: Я прям переживаю, как подумаю, что лохам ещё дерьмовей, чем нам.
Джеймс: Им настолько дерьмово, что они даже не знают, что они в дерьме.
Понтч: Я думаю, что лохам тёлки даже за бабки не дают.
Джеймс: Точно, они их сразу на себе женят, чтобы потом с нормальными пацанами встречаться.
Понтч: Я одну тёлку знал, она на себе лоха женила. Мы с этой тёлкой потом встречались ещё два месяца.
Джеймс: А чего так долго?
Понтч: Да из-за сисек. Ты же знаешь, если у тёлки сиськи, то я пропал.
Джеймс: Я даже знаю насколько!
Понтч: Потом эта тёлка под меня клинья подбивала. А я ей, типа, говорю, что денег у меня не бывает, что, типа, меня, с работы выгнали.
Джеймс: И она тебя, конечно, бросила!
Понтч: Ну, допустим не бросила, допустим я сам от неё ушёл, но расстались мы быстро. Правда теперь звонит. Скучает. Но я кремень!
Джеймс: А чего ей не звонить, лох у неё уже есть, вот и тянет девушку к прекрасному.
