– Лапка… лапка… – бормотал он так тихо, что это слово едва можно было различить. – Да-да-да… кончика нет… и камня нет… – Вот тут мне стало совсем нехорошо.
Наконец Гавриил Ардалионович убрал лупу и, не выпуская брошь из пальцев, спросил:
– А где вы, милая девушка, позвольте спросить, взяли эту вещь?
Выхода не было, пришлось уверенно соврать:
– Бабушка подарила. А сейчас нужны деньги, Света сказала, вы поможете оценить.
– Бабушка, значит… ну-ну… – игнорируя мой вопрос, протянул ювелир, и что-то в его голосе мне совсем не понравилось, буквально послышалась какая-то угроза – мол, ты ври, да не завирайся, какая бабушка…
– Так что, Гавриил Ардалионович, – вмешалась тоже почуявшая неладное Светка, – как, по-вашему, сколько может стоить эта брошка?
– Сколько стоить может, говоришь? Потянет лет на пять, а стоить может головы, – не сводя с меня чуть помутневших глаз, тихим голосом произнес ювелир.
– Что?! – не поняла Светка.
– А то, дорогая. Ты кого ко мне в дом притащила? – вдруг сорвался на фальцет Гавриил Ардалионович. – Воровку?!
Этот визг словно придал мне возможности соображать. Я вскочила, ловко выхватила из пальцев не ожидавшего такой прыти ювелира брошь и, схватив за руку Светку, поволокла ее к выходу. По дороге моя подруга зацепила плечом какую-то вазу, и та с грохотом разбилась за нашими спинами. Мы выскочили из квартиры и кубарем покатились по лестнице вниз, где на лавке у подъезда нас ждал Антон.
– Погоди… – прохрипела задохнувшаяся от непривычно быстрого бега Светка. – Надо вернуться…
– Зачем?! Чтобы он в полицию позвонил?
– Нет! Если он узнал брошь, он знает, кому она принадлежит. И сейчас будет звонить, я в этом уверена. Надо пойти и послушать у двери.
– Ты спятила?!
Но Светка уже развернулась и пошла обратно в подъезд. Я, вся дрожа от пережитого, сунула злополучную брошь во внутренний карман сумки и направилась к Антону, который так увлекся чтением, что даже не заметил ни нашего появления, ни того, что Светка снова исчезла. Плюхнувшись рядом с ним на лавку, я толкнула Антона в бок локтем:
– Интересно?
– Ага, – буркнул он, не отрываясь от книги.
Надежная защита, чего уж там… да меня сейчас тут могут начать убивать – а Тошенька даже ухом не поведет, будет сидеть, в книжечку уткнувшись.
Я разозлилась и сильнее ткнула нашего горе-телохранителя:
– Ты вообще меня слышишь?
– Слышу, – по-прежнему не поднимая взгляда от черных строчек, сообщил Антон. – Посиди пару минут, дочитаю главу.
Мне показалось, что он даже не понял, я это или Светка.
– На тебе природа не просто отдохнула, она канкан сплясала, а потом ее еще и тошнило неслабо, – зло пробормотала я, понимая, что даже если проору эту фразу во все горло, Антон не услышит или не придаст значения.
Из подъезда выкатилась Светка – бледная, с расширившимися от ужаса глазами:
– Быстро сматываемся! Антон! Антон!!! – это она выдала уже почти ультразвуком.
Только теперь Тошенька очнулся и захлопнул книгу:
– Что случилось?
– Беги вперед и лови машину! – велела Светка.
Удивительное дело – он побежал из двора с такой скоростью, что я даже опешила. Светка схватила меня за руку и устремилась следом за Антоном, на ходу приговаривая:
– Вот мы влипли, Надька… вот влипли…
– Да что случилось-то?
– А то, что брошь эта реально краденая! И старикан ее узнал, потому что на самом деле знаком с хозяином! И, как я и сказала, хозяину этому он и позвонил. И теперь тебе, моя дорогая, надо куда-то валить, потому что вычислить твой адрес человеку со связями не составит труда. И я вместе с тобой тоже, кажется, попала. Но я разберусь – уверена, что Ардалионыч в память о бабушке постарается меня обезопасить, а вот ты…
И в Светкиных словах было столько уверенности, что мне стало совсем не хорошо. Быстро нырнув на заднее сиденье остановленной Антоном машины, я забилась в угол и закрыла лицо руками. Черт бы побрал и эту брошь, и этого ювелира… Но как вышло, что краденая вещь оказалась в моей квартире?! Неужели… мать? Думать об этом было противно и очень страшно, но никакого другого объяснения я не видела.
– Что же делать? – вслух пробормотала я.
– Звони, – тут же сказала Светка, словно только и ждала этого вопроса. – Звони, ты ведь нашла книжку. Неужели не понимаешь – нет другого выхода, а теперь – так точно.
И я поняла, что подруга права. У меня теперь нет даже возможности переночевать в квартире, которая тоже не совсем моя.
