«Речи рун» – книга, посвященная Рунамал – древнему искусству гадания на рунах, которое потрясает и завораживает нас своей тайной и силой и по сей день, в век цифровых технологий.Эта работа открывает цикл книг легендарного рунолога Олега Синько, эриля, мастера Рун, автора многочисленных книг и статей, создателя школы «Руны: зов в Путь», который посвящен всесторонней практике рун и включает в себя изучение рунической мантики, рунической магии и психологии человека через Руны.В этой книге вы найдете подробнейшее описание мантических значений Старших Рун, которое включает как классические трактовки, так и авторские наработки, ставшие результатом многолетних исследований проявлений рун в реальной современной жизни.Книга также содержит подборку рунных раскладов, которые позволяют пролить свет на те или иные жизненные вопросы, задачи и проблемы, правила и принципы гадания, чтения и толкования рун. Вы узнаете, как выбрать «правильный» рунный набор для гадания или даже самостоятельно создать его, как задать рунам верный вопрос и понять их ответ.Эта книга станет надежным источником знаний о рунах, гадании и магии Севера для тех, кто только начинает свой путь в рунах, а для уже практикующих рунологов послужит полезным и незаменимым справочником.
У самых корней, слившись со стволом, девятый день и девятую ночь висел, умирая, человек. Из закрытых глаз сочилась кровь. Ногти вонзились в кору Ясеня. Раз за разом волны боли заставляли вздрагивать тело.
Девять суток назад человек сам пригвоздил себя к Древу лезвием из холодного железа – и не дрогнула рука, пронзая живое тело, входя в Ясень. И вздрогнул Ясень от боли – боли человека и своей. Девять суток было больно обоим. Время от времени руки человека поднимались к груди, к торчащей наружу стали. Но железная воля духа опускала их обратно.
Висение длилось.
Глаза были закрыты. Губы шептали что-то. Руки порой делали непонятные пассы.
У ног, в корнях, шуршал огромный полоз, слизывая капли падающей крови. На вершине сидел огромный орел, ожидая своего часа. По стволу бегала суетливая белка, иногда стрекоча что-то в ухо человеку. На ветвях сидели два ворона, на земле лежали два волка. Они ждали. Когда лучи солнца в девятый раз обагрили кору Древа, человек умер.
Он изогнулся в агонии. Глаза широко распахнулись, разрывая спекшуюся корку крови. Ясень вспыхнул сиянием, непереносимым для простых глаз. Его сила наполнила тело человека. Излилась из глаз, рук, сердца. И тот, кто умер, возродился.
Путь Бога вошел в тело и сознание того, кто был человеком.
Того, кто сам отдал бывшего себя новому себе в жертву.
Начался новый день.
Начался новый мир.
Бог, стеная, извлек из своей груди холодную сталь. Это был наконечник копья, весь алый от крови. Возрожденный оторвался от ствола и, возложив на него ладонь, снял кусок коры Ясеня. Затем он разломал кору на небольшие кусочки. И начал острием копья резать раны на коре. Красить раны рока кровью. На схроне сердцевины Древа он резал руны, воплотившие в себе всю Вселенную. Руны, которые станут проводниками для ищущих Пути.
Его Пути.
Пути Одина.
Он ушел с поляны к своему народу асов, неся сокровенное Знание и Силу. Он пришел сюда человеком, а ушел Одином. Волки и вороны ушли с ним. И великий Ясень, слившись с Одином, навсегда стал его скакуном, верной дорогой по мирам Вселенной.
Я не «классический» эзотерик, и в книге предельно мало пафоса, эпичности, мистичной заумности и магической жути. Хотя периодически без пафоса о проявлениях Рун писать невозможно, да и без мистичности сложно, ибо Руны – это все же Силы, действующие во многом пока что из-за границ научно познанной Вселенной.
Я даже не классический язычник, и в книге не будет «рогатых шлемов», стихотворных воззваний, молитв и восхвалений северных богов. Хотя без богов Севера мы не обойдемся и их не обойдем.
Я и не любитель-энтузиаст, который делает вид, что до него о рунах никто ничего не знал и вот он сейчас выдаст тайные тайны, ему открывшиеся, а на поверку оказывающиеся либо давно известным знанием, либо предельно искажающей суть информацией. Хотя я начинал именно тогда, когда «о рунах» много чего не знали. Все свои более чем тридцать лет в рунике я работаю над углублением и расширением поля знания Рун и всегда предельно внимателен к тому, чтобы не уйти в фантазии, быстро превращающиеся в те самые искажения.
