— Ладно, буду ждать.
Она, задыхаясь от радости, мчалась к нему навстречу.
— Антон! Я принесла тебе мороженое.
— О, спасибо.
— Куда нам идти?
— Здесь совсем рядом.
— И что бы я без тебя делал. Ты моя волшебная палочка-выручалочка.
Антон улыбнулся и обнял её, прижал к себе и целовал, целовал. Она даже не шевелилась.
Любовь к этой девушке накрыла его с головой, словно снежная лавина. Она сверкала и манила его, как ребёнка, вела куда-то за собой.
Ветер срывал с деревьев листья, они трепетали и то печально, то радостно кружились в танце.
Пора было возвращаться в отель. Сегодня Антон обещал выступить в русском центре. Людей собралось очень много, мест не хватало, и кое-кто вынужден был стоять в проходе. Некоторые пожилые люди не могли ходить, и родственники привезли их в инвалидных креслах.
Антон пел украинские песни: «Степом, степом», «Верше мiй, верше».
Его голос то взлетал куда-то вверх, то опускался в пропасть. Это было какое-то чудо, он завораживал зал не только своими двумя голосами, но и тем, насколько тонко передавал он малейшие оттенки чувств, заложенных в песне. Божественная красота голоса Антона сразу покорила зрителей. Насте казалось, что он специально для неё прилетел из другого мира, и ей хотелось слушать его бесконечно.
Зал взорвался аплодисментами, и никто не хотел уходить.
Таня поднялась на сцену и поблагодарила Антона за чудесный концерт, и пригласила его за стол. Многие просили дать автограф и хотели сфотографироваться с артистом. Он никому не отказывал и охотно соглашался.
А потом они долго сидели за столом и говорили обо всём. Многих волновала обстановка на Украине и что на самом деле там происходит.
— Скажите, Антон, как сейчас обстоят дела на Донбассе?
— Каждый день под обстрелами погибают люди, взрываются мины, льётся кровь.
— Знаете ли вы, сколько людей погибло на войне?
— Я слышал четыре тысячи человек, но называют и другие цифры. Кроме взрослых погибли и дети.
— Как вы думаете, когда всё это закончится?
— Ничего определённого сказать не могу, так как вооружённые отряды отказываются подчиняться указам президента.
— Ну, что вы политическую конференцию ему устроили, спрашивайте о чём-нибудь другом, — попросила Таня.
— Антон, скажите, хотели ли бы вы эмигрировать и жить в другой стране?
— Нет, не хочу. Я родился и вырос на Украине. В другой стране я буду чувствовать себя чужим. Мне есть чем заняться в будущем, планов очень много.
— Если можно, то расскажите о своих планах.
— Ну, во-первых, хочу открыть свою студию, где буду записывать песни. Во-вторых, ездить по маленьким городам, петь, дарить людям радость и общаться со зрителями. Главное, чтобы кончилась война и наступил мир. И ещё хотелось бы руководить хором, ведь я по профессии дирижёр.
Всем хотелось поговорить с Антоном. Ему удавалось так быстро расположить к себе людей, и всем казалось, что они знают его давно.
Вечер подошёл к концу, и люди благодарили Антона за прекрасный концерт.
— Я хотела бы потанцевать после такого плотного ужина, — сказала Настя. — На Манхеттене есть один хороший клуб.
— Я не возражаю. Так давно не танцевал.
Возле входа толпилось много людей, и очередь за билетами была огромной, такое впечатление, что сегодня все пришли именно сюда. Наконец, протиснувшись к свободному столику, они сели и заказали напитки. Антон с любопытством рассматривал пёструю публику. Здесь была в основном молодёжь, одетая кто в чём: джинсах и майках, девушки в вечерних платьях, модные и так себе. Настя взяла Антона за руку, и они пошли танцевать. Не особо прислушиваясь к быстрому ритму танца, они обнялись и двигались в огромном зале.
Антон обнял Настю и почувствовал, как сильно он её любит. Он тонул в её синих глазах, мечтал прикоснуться к маленькому рту. Он притянул её к себе, и их губы слились в поцелуе таком долгом, что когда он отпустил её, они оба тяжело дышали.
— Слушай, я мечтал об этом целый день.
— Я тоже.
А потом они танцевали, обнявшись, не подстраиваясь под быстрый ритм музыки. Настя шепнула ему на ухо, что устала, и они покинули клуб. Шли медленно пешком, а вокруг них на все стороны простирался Нью-Йорк. Светились небоскрёбы, толпа людей устремлялась куда-то весело и беззаботно.
В машине Антон закрыл глаза и откинулся на сидение. Наверно, не следовало пить так много, ведь завтра будет концерт в Карнеги — холле.
Возле отеля Настя сказала:
— Тебе нужно выспаться, завтра тяжёлый день.
— Ты просто читаешь мои мысли, я только что об этом подумал.
— Это потому, что я тебя очень люблю.
— Не волнуйся, всё будет хорошо.
Они опять поцеловались и расстались до завтра.
Выпив кофе, Антон решил пропеть две арии, которые он будет исполнять сегодня вечером. Концерт был посвящён 250-летию со дня рождения Бетховена, поэтому исполнялись произведения великого композитора. Он отобрал арию Керубино из «Свадьбы Фигаро» и «Figlio perduto» Бетховена. Ему очень нравилась вторая, он считал её одной из самых красивых.
