Верхние карабины поочередно защелкнулись на кольцах ремней, что располагались чуть ниже груди. Затем цепь продевалась сквозь кольцо набедренных кожаных лент и спускалась ниже. Паша защелкнул оставшиеся карабины на ножных кандалах.
Теперь я не могла с такой легкостью двигать ногами, сбивая под собой одеяло. Но тем ни менее, обездвиженной я себя тоже не ощущала. Ну что же, не так страшен черт…
— Ты же помнишь, что я настолько маленькая, что тебе все время страшно сделать мне больно, да же Паш? — спросила я, пытаясь взять под контроль нахлынувший коктейль чувств из страха, волнения, предвкушения и возбуждения.
Паша опять проигнорировал мои слова, повернулся к чемодану и достал из него повязку для глаза.
— Только рот мне не затыкай, пожалуйста. Я не переживу, если не буду иметь возможность комментировать твои действия, — пошутила я, осознавая как никогда, что в каждой шутке есть доля шутки.
Паша наклонился ко мне и надел повязку. Казалось, что сейчас мои нервы и обостренные чувства были в таком же натянутом состоянии, что и это сбруя..
Несколько секунд на кровати простоял полный штиль. Вообще ничего не происходило. Тишина и мое тяжелое дыхание…
От скопившегося волнения я не смогла удержаться от еще одной шутки:
— Помнишь, сегодня ты сказал, что я та женщина, которую ты любишь? Паш?
— Помню, — вздрогнула, не ожидая, что он окажется так близко к моим губам. Я запрокинула голову, подставляя губы для поцелуя, которого так и не последовало. — А ты помнишь, что отказалась выйти за меня?
Я не успела даже ответить, когда почувствовала, как мужские руки обхватили мои бедра. Грубый рывок и вот я уже не сижу, ощущая себя Королевой ночи, а лежу на спине с разведенными в коленях ногами без какой-либо возможности их свести друг с другом.
Боже, как хорошо, что плотная бархатистая ткань повязки сделала меня незрячей до всего этого беспредела…
Девчата, жду вас в своей группе в ВК)))
Черт!
Наверное, мне не следовало быть такой легкомысленной, безоговорочно доверившись Павлу. Имей я сейчас возможность хотя бы пошевелиться, быть может мне не было бы так страшно. Или это и не страх вовсе…
Я прислушивалась ко всем звукам, что наполняли комнату: к негромкому скрипу пружин внутри матраца, к непонятному металлическому стуку, что, кажется, раздавался с той части кровати, где стоял чемодан с девайсами, к дребезжащей мелодии ударяющихся о кованые прутья цепей. Кажется, я даже смогла расслышать дыхание Павла…
Наверное, я бы больше не смогла выдерживать скопившегося томительного и болезненного ожидания, если бы не почувствовала, как к кончикам пальцев моих ног приложилось что-то мягкое.
— Щекотно, — выдохнула я. Волна облегчения накрыла меня с головой. Страх перед чем-то неизвестным и невидимым отступил. Наверное, я просто ожидала другого… Ожидала боли, но никак не мягкого поглаживания пальцев ног, которые я рефлекторно поджимала.
Не сразу, но все же узнала этот предмет. Тактильная память подсказала, когда мягкие ремешки флоггера прошлись по внутренней части бедра. Тот же путь был проделан и по второй ноге.
Казалось бы, простое еле ощутимое прикосновение, но почему же тогда так напрягаются все мышцы в ожидании чего-то большего…
Не смогла сдержать хриплого стона, когда ленты флоггера, наконец, коснулись моих складок. Еще одно такое же движение, только теперь несколько кожаных ремешков задели и клитор.
Я прогнулась в спине на сколько мне позволяла сбруя. Ремни натянулись, те, что проходили по моему телу надавили на соски, добавляя тем самым острых ощущений.
На этот раз ленты флоггера прошлись по моему животу, медленно поднимаясь к груди. Только лишь оголенные нервные окончания позволили мне ощутить еле уловимое движение лент по ремню. Прогнулась в спине, уже не обращая внимания на то, как кожа и металл стягивают мое тело. Сейчас хотелось дополнить те ощущения, которые сквозь плотный материал я почувствовать не могла.
Именно в тот момент, когда натянулись ремни на груди, я ощутила хлесткий удар плетью. Не успела даже понять, понравилось ли мне это или нет. Я застыла в ожидании следующего удара…
— Блять… — неконтролируемый мат сорвался с губ, когда и второй сосок прижгло кожаным ремнем. За секундной болью последовала волна какого-то непонятного расслабления, которое тут же сменялось напряженным ожиданием следующего удара.
Закусила губу, понимая, что улыбаться приличная женщина сейчас никак не должна, но после еще одного удара потеряла и эту остаточную возможность контролировать свое тело.
Я больше не сдерживала хриплые стоны, позабыв обо всем, полностью погрузившись в мир ощущений. Сейчас лишь флоггер, что стал достаточно уверенно гулять по моему телу, имел значение.
Я выгибалась, пытаясь еще больше раскрыться, громкими стонами встречая очередной удар.
Тело уже настроилось под интенсивность и частоту вспышек, каждый раз пронзающих мое тело, отдаваясь тянущей болью внизу живота, и взрываясь в мозгу пульсирующими постоянно меняющими свои геометрические формы фигурами.