– Двоюсь в Терлингуа. Он на сотню футов ниже, там куда теплее, поэтому разница давлений дает нам принудительное воздушное отопление. Ну, уже лучше. Я вот вспотел. – Дэви перестал светиться и отошел к окну. – Смотри! – показал он в окно. Снег таял, с карнизов падали капли. – К тому же радиаторы подсоединены к горячему источнику. Просто пока дом пустовал, трубы водой не наполняли.
– Здесь нас не потревожат?
– Кто знает? Дом я купил как гражданин Канады, используя фальшивый паспорт, который давным-давно оформил через АНБ. Сделка заключена и зарегистрирована конфиденциально в судебном здании Уайтхорса. Из-за плохой погоды сюда и не доберешься – если только нашим способом. Здесь мы ближе к Северному Ледовитому океану, чем к континентальным штатам. В отличие от Гнезда, этот дом – наша собственность. Если кто забредет сюда, объясним, что это наши владения, посторонним вход воспрещен, мол, все, arrivederci!
Милли посмотрела в окно. Милях в пятнадцати от дома, в долине, на первых проталинах паслись карибу. Милли растянула губы в улыбке:
– А можешь нашим способом принести нам поесть? Я проголодалась.
Пока Милли растапливала печь, Дэви принес индийскую еду.
– Откуда она?
– Из ресторана, где мы никогда не бывали. Я увидел его случайно на Сент-Маркс-плейс в Ист-Виллидж. Хватит «любимых» ресторанов, – вздохнул Дэви. – Хватит предсказуемости.
Милли посмотрела в пол:
– Хватит пациентов. Хватит стиллуотерской квартиры. Хватит школы, хватит книжек, хватит мне учителишек.
Дэви посмотрел на нее, сурово поджав губы. Он думать забыл о кусочке цыпленка-тандури, который уже подцепил вилкой.
– Да, хватит. По-моему, это само собой разумеется. Теперь ты не просто способ манипулировать мной, так ведь? Теперь ты сама мишень для них, ты очередная прыгунья.
– Ага. А почему я стала прыгуньей?
– Может, этим заражаются.
– А может, этому учатся. Последние двенадцать лет ты таскал меня по всему свету, тысячи раз со мной телепортировался. Я величайший в мире эксперт по телепортации, после тебя разумеется.
– Вот и у меня мысли примерно такие же, – кивнул Дэви. – Понимаю, это портит тебе жизнь, но чертовски рад, что я не единственный прыгун в мире.
– Может, откроем школу прыгунов? Перенесешь их туда-сюда раз сто, потом хоп – и со скалы сбросишь?
Дэви содрогнулся:
– Боюсь даже представить, какой процент поступивших доживет до выпуска.
– Зачем им гибнуть? – Милли пожала плечами. – Им главное – думать, что погибают. Я считаю так.
– А если получится, они тоже станут мишенями?
– Ты прав. – Милли помешала чай масала. – Пока оставим это в семье.
Она вдруг улыбнулась, и Дэви подозрительно прищурился:
– В семье.
Милли кивнула.
– Между мной и тобой.
– И так далее. – Милли снова улыбнулась.
– О чем это ты?
– И так далее. И тому подобное. – Милли хлебнула чай, отставила чашку и обхватила колени руками. – Я не принимаю противозачаточные со дня твоего исчезновения.
У Дэви аж глаза на лоб вылезли.
– Даже не знаю…
– Нет, ты не готов, – перебила Милли. – Знаю, что не готов, но время пришло. Знаю, что ты боишься стать таким, как твой отец, и относиться к детям так, как он относился к тебе. Но подумай, милый: ты не поднял руку на тех, кто похитил и мучил тебя. Совершенно уверена, что ты и на своих детей руку не поднимешь. Даже если они станут кидаться едой и рвать твои драгоценные книги. – Милли обвела руками дом. – Здесь детей растить куда лучше, чем в Гнезде. И места больше, и скал нет. Значит, ты и сам об этом подумывал.
– Ну… – Дэви зарделся.
Милли взяла его за руку:
– Время пришло. – Она салфеткой вытерла Дэви уголок рта и повела на улицу – по холоду, по сугробам она потащила его к купальне. – Пришло время для многого…
Благодарю Сью Уокер за жуткие рассказы о блуждающем нерве, Боба Лидса за информацию о наркопрепаратах, доктора Салли Салливана за подробности о работе Центра травмы и шока, Рори Харпера и Лору Дж. Миксон за первую вычитку и деликатные замечания, Бет Мичем за потрясающее умение, когда нужно, вмешиваться, а когда нужно, давать свободу.
