Непонятные и не поддержанные народом перемены в русле так называемой оптимизации коснулись не только медицины. Не меньше пострадала и российская наука. Для Российской академии наук стал действительно чёрным 2013 год.
В июне неожиданно для академических учёных (всё готовилось втайне от них) Госдумой РФ был принят закон «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В соответствии с ним было создано Федеральное агентство научных организаций (ФАНО), получившее весьма широкие полномочия. О нём экс-президент РАН академик В. Е. Фортов в одном из своих интервью, в частности, сказал: «Казалось бы, всё просто: ФАНО должно отвечать за имущество, РАН – за науку. Но на практике компетенции размыты. У учёных нет желания заниматься хозяйственными вопросами, а у ФАНО нередко нет ясности, где кончается хозяйство и начинается наука. Поэтому закон надо поправить»[15]. Ликвидация ФАНО не решила главного вопроса: руководства академическими институтами. Они перешли всецело под юрисдикцию Министерства науки и высшего образования. РАН превратилась в некое подобие клуба учёных. Усилия учёных что-либо радикально изменить оказались тщетными. Одним из следствий неудачного реформирования научной сферы явился отток учёных и квалифицированных специалистов за рубеж. Как отметил весной 2021 года главный учёный секретарь РАН Николай Долгушин, последний вырос с 14 тысяч человек в 2012 году до почти 70 тысяч в год. То есть в пять раз. По словам Н. Долгушина, Россия – единственная из развитых стран, где несколько десятилетий подряд уменьшается количество учёных: в 1990 году было 992 тысячи, а ныне осталось 348 тысяч[16].
