Как только дверь открылась, мы офигели. "Похоже, все деньги ушли на холл и первый этаж." – подумал я. Да, обустройство напоминало больше старую советсткую больницу. Вонючие старые ковры, старые диван и кресло на этаже. Из нового, видимо, был только кулер в углу. Мы шли дальше по коридору. Стало понятно, что номера невероятно маленькие, так как двери номеров стояли близко друг к другу. Мы зашли внутрь своего номера, который был в самом конце коридора. Номер был похож на весь этаж, только, наверное, еще хуже. Старый ковер, старый скрипучий шкаф, кровати с тонкими матрасами, старый выпуклый телевизор, обои, которые уже успели отклеиться внизу и у потолка. Ванная комната напоминала больше карцер, где из шланга сильным напором воды пытают людей.
Мы сложили свои сумки и вышли в коридор, чтобы рассказать и прокомментировать свои номера и впечатлениях от них. Как оказалось, нам еще повезло с номером. У кого-то был невыносимый запах в комнате, у кого-то не было телевизора, у кого-то не было кондиционера, у кого-то даже воды не было.
–А, то есть это нам еще повезло! – саркастично сказал Кобылян.
Настало время ужина. Мы спускались по лестнице и увидели другие этажи. Самым красивым был 2-ой этаж, где жили тренера. "Да, неплохо тренера устроились. Сначала жрут на сборах за ниши деньги шашлык, а теперь отхапали себе лучшое место в отеле." – подумал я у себя в голове. Как оказалось позднее, у тренеров было плазма и душевая кабина в номере. Я не удивился. Меня стало интересовать, почему в отеле так неравномерно распределяют деньги?
Мы спустились в столовую, столовая была тем местом, где все было хорошо. Даже еда была вполне съедобной.
Когда все поднимались в лифте наверх, пацаны успели договориться о том, что завтра будем пить, сразу после ужина. Скинулись деньгами, отдали их наиболее взрослым на вид и разошлись.
А вот засыпать в таких условиях было некомфортно, серьезно, даже в поезде лучше спалось. Ужасно тонкий матрас, белье, которое вряд ли было постирано, весь ремонт номера напоминал советскую квартиру и не придавал уюта. Номер напоминал мне старую дачу моих родителей, где стояла самая старая и страшная мебель, которую даже продавать было стадно.
Вообщем, к 2 часам ночи я кое-как заснул.
На утро меня разбудил Кобылян. По-началу я даже не открывал глаза. Просыпался медленно, потягиваясь. Вставать с кровати совсем не хотелось. Но как только я открыл глаза и увидел Кобыляна, который был полностью одет и который обувался в коридоре, я тут же подскочил и начал одеваться.
–Ты что меня раньше не разбудил? Сколько время? – спросил я.
–Восемь тридцать, – сказал Кобылян. – Я тебя будил ты не просыпался.
Мне некогда было вступать в дальнейший разговор с Кобыляном, я ничего не ответил. Быстро собрался и выбежал в коридор. Спустился в холл первого этажа.
Все уже сидели возле столовой. "Фух, успел." – успокоил я себя в голове.
Жук, Володя и я практически спали на ходу. Жук подпер голову своей рукой и пытался в таком положении поспать еще хотя бы минутку. Но ему не давали этого сделать Ивани, Миша, Валера, Сема(игрок сборной 2004 года), которого взяли вместо Гали и Яковлевых. "Хотя лучше бы Галю взяли." – подумал я. Этого Сема раздражал еще больше Гали и всех остальных, кто не поехал. Он был самым шумным и энергичным. И энергичным в плохом смысле слова. Это ужасно, когда человек не может использовать свою энергию как надо. Это огромные потери. "Сколько всего он мог бы сделать, умей он обращаться со своей энергией!" – подумал я.
И вообще, почему Жук, Володя всегда такие сонные и неактивные. Дайте им чуть больше энергии и времени и результат будет. Результат в любом деле. А что может Сема? Энергия есть, силы есть, есть талант в каких-то аспектах, а результат где? Его нет .
Вот и получается, что у тех, у кого есть мозги, нету энергии, а у тех у кого есть энергия, нет мозгов, чтобы эту энергию использовать.
На завтраке нам озвучили сегодняшний план действий.
–Значит так, после завтрака собираемся в холле, будет легкая тренировка. – сказал Андрей Викторович. Он всегда выглядел недовольным, из-за этого и не распологал к себе, и контактировать с ним не хотелось.
На завтраке не было ничего не обычного. Еда была невкусной, но и не противной. После завтрака мы поднялись в номер, переоделись и пошли на тренировку. Хоть было только десять утра, но на улице было невероятно жарко. Форма превратилась в какую-то парилку. Было невыносимо тяжело даже идти по жаре до поля.
