Вроде и был осторожен старший лейтенант, но поскользнулся на камнях. Доля секунды – его уже несут бурные потоки, больно ударяя о камни. Вмиг нахлебался воды.
Лариса точным движением бросила конец веревки. Александр чудом смог его поймать. Далее с невероятным напряжением молодая женщина подтянула доктора к краю речки и вытащила на каменистый берег. Минут пятнадцать они оба лежали без движения – настолько выбились из сил.
Первой поднялась Лариса.
– Да, Саша, чуть не упустила тебя. Старая дура! Зачем притащила сюда? Это же гиблое место.
– Да, ладно, Лариса! Все ведь хорошо закончилось. Ты меня и спасла в итоге. Зато искупался, теперь не жарко, – Невский уже пытался шутить, приводя дыхание в порядок.
Он поднялся, дрожа всем телом. То ли от холода, то ли от пережитого страха.
– Снимай куртку, ее надо выжать. А, то простудишься.
Она помогла снять «хэбэ», стали вместе отжимать, выкручивая. Хорошо, что документы предварительно переложил в санитарную сумку и оставил в бронетранспортере. Как чувствовал. Досталось бы ему за порчу партийного билета.
– Боже, Сашка, ты же весь в синяках!
Действительно, оба плеча, грудь и спина были покрыты кровоподтеками. Все тело болело.
– Надо тебе помочь!
– Как? Поговоришь с моим ушибленным плечом? Ты же психолог, словами лечишь. – Невский уже окончательно успокоился.
Лариса это поняла. Засмеялась. Слегка шлепнула его по спине:
– Дурак! Я ведь не только психолог, хоть и детский, но и медик, черт побери. У меня есть мази от ушибов.
– Ладно, обойдусь. Мужчину украшают раны, особенно синяки и шишки.
Он уже натягивал на себя отжатую куртку, повесил автомат через плечо. Хорошо еще, что не утопил его во время купания.
– Я готов! Возвращаемся. Думаю, не стоит никому говорить, как доктор нахлебался воды. Хочешь анекдот? Ты не блондинка, поэтому не должна обидеться. Итак, слушай. «Беседуют две блондинки:
– Как ты думаешь, зачем на вертолете ставят такой большой пропеллер?
– Ты че, это же вентилятор, он нужен для того, чтобы пилот не потел!
– Чушь! Ты меня разыгрываешь!
– Нет, не чушь. Я недавно летела на вертолете. Так вот, перед приземлением, почти у самой земли, этот пропеллер вдруг перестал крутиться. Ты бы видела, как пилот вспотел!».
Лариса заразительно засмеялась, потом сама себя оборвала:
– Грех, наверное, смеяться над этим. Я испытываю глубочайшие симпатии ко всем вертолетчикам и летчикам. Героические люди все без исключения! Сколько они наших раненых спасли, сколько грузов перевезли. А почту ведь они привозят. Вернемся домой в Газни, а там меня будут ждать письма от моей мамы и сыночка. Они всегда по отдельности посылают, у каждого есть свои тайны, которыми хочется поделиться со мной. Как я уже соскучилась по ним! А отпуск будет не скоро, обещали в октябре – ноябре.
– Ну, лето быстро пролетит, а там и осень подойдет. Поедешь в свою Хахатульку. Там, наверное, веселые люди живут, смеются с утра до вечера.
– Это точно. Так и не закрывают весь день рот, ржут, как кони.
Незаметно подошли к своим боевым машинам. Удивительное дело, Невский и Мороз были знакомы всего несколько часов, но уже общались, как старые знакомые.
Не пришло и часа после возвращения Невского и Мороз, как на пункте управления рейдом возникла тревога. Механик-водитель и заряжающий одного из танков забеспокоились долгим отсутствием своего командира взвода. Лейтенант Даруга Андрей ушел на горную речку освежиться. Прошло полчаса, а его все нет. Майор Семенов приказал организовать поиск офицера по течению речушки.
Группки по два-три человека отправились на поиски. Невский и Мороз, получив это сообщение, понимающе переглянулись. Сразу в памяти всплыла картина недавнего «купания» доктора. Они отправились снова к реке.
Лариса сразу принялась громко кричать то имя офицера, то его фамилию. Впрочем, из других мест по течению реки тоже доносилось: «Даруга!».
Пытались найти хоть какие-нибудь доказательства его пребывания у реки. Приходилось самим осторожничать – в надвигающихся сумерках легко было поскользнуться на коварных камнях и свалиться в бурный поток.
Накричавшись до хрипоты, Лариса смолкла. Устало села на один из камней. Невский не сразу смог разглядеть ее в быстро наступающей темноте. Подошел, присел рядом.
– Сколько ты еще будешь тут сидеть?
– Пока не вернется голос. Потом еще покричу.
Закурили, посидели молча. Лариса щелчком отправила сигарету в реку. Она пролетела красным огоньком.
