В первый же день своего приезда Невскому показали, как надо радоваться жизни на земле Афганистана: ребята-хирурги перед обедом вылили на себя по ведру холодной воды из бассейна (раздевшись до плавок), затем прошли в палатку, перекусили, сходили покормить карасей, а потом вновь пошли к бассейну, чтобы поплавать вдоволь. Это было счастье! И никакая шестидесятиградусная жара не страшна. Так можно служить!
Но, с некоторых пор, в бассейн зачастили руководители Кандагарской бригады: комбриг, начальник штаба, начальник политотдела и другие высокопоставленные офицеры. Иногда и медикам поставленный часовой давал «от ворот-поворот», мол, «не велено пущать – баре отдыхают». Бывало, до уха долетал и радостный женский смех из бассейна. Ну, а вскоре последовало и величайшее распоряжение – запретить медикам питаться при своем ПХД, обязаны ходить теперь в офицерскую столовую, а рядовой и сержантский состав – в общую столовую со всеми солдатами. Пришлось подчиниться. Правда, дежурный врач имел право «покормиться» на старом месте, а с ним один-два медика. Но, чтобы не подводить прапорщика Мохначука, старались этим не злоупотреблять. Пару недель Невский успел еще пожить по-старому. Позже пришлось «осваивать» общий пункт питания.
Поначалу было очень тяжело – чудовищная жара в столовой, горячие блюда первого и второго, даже компота. Обычно делали так: быстро съедали обжигающий суп, «ковыряли» слегка ложкой второе, а далее молниеносно выпивали компот, чтобы сразу выскочить на улицу – иначе мгновенно становились мокрыми с «головы до ног». Даже на жаркой улице казалось в этот момент прохладнее. В этой атмосфере и работали женщины-официантки. Как они умудрялись выдерживать все это – оставалось загадкой.
Как-то в первых числах августа Невский повел в столовую новичка – только прибыл начальник операционно-перевязочного отделения капитан Зыков Александр. С ними пошел и прапорщик Тамару, начальник аптеки. Сели за один столик, чуть позже на свободное место подсел и капитан-танкист. Почти сразу у столика возникла фигура официантки:
– Так, мальчики, всем нести полный набор? Спрашиваю, потому что иногда от первого или второго отказываются.
Все кивнули головами – весь комплекс. Зыков хотел уточнить, какие блюда предлагаются, но официантка уже упорхнула. Впрочем, новичку объяснили популярно, чтобы «не раскатывал особо губы» – все едят одинаковое.
Быстро появилась официантка, удерживая на подносе невероятное количество тарелок, быстро расставила их и помчалась дальше.
Приступили к обжигающим щам. Невский погонял по тарелке кусочек мяса – это оказался кусочек шеи птицы. Бросил взгляд в тарелку соседа справа, слева, напротив. Удивительное дело – у всех в тарелке были эти кусочки шеи. Даже оглянулся на соседние столики. Чудеса! И в их тарелках присутствовали только эти части птицы. Сказал о своем наблюдении товарищам. Зыков живо откликнулся на это «открытие»:
– Это, каких размеров шея у этой курицы, если во всех тарелках только эти кусочки! Надо нашу официантку позвать.
Он тут же остановил пробегающую мимо их официантку.
– Что-то не так, мальчики? – живо поинтересовалась она.
– Мы дико извиняемся, – начал Зыков. – Но как вас зовут?
– Меня не зовут, я прихожу сама, – «отбрила» она капитана и уже собралась бежать дальше.
– Постойте, разрешите наш спор: вот Сашка утверждает, что у этой курицы шея с полметра длиной, а я думаю, что гораздо больше. Кто прав?
– Это не курица, а утка.
– Позвольте уточнить, какой породы эта утка, если во всех тарелках присутствуют только кусочки шеи. А где ее, например, ноги или крылья? Это прямо жираф какой-то получается! – не унимался Зыков.
Официантка весело рассмеялась:
– Ее ноги «ушли», а крылья «улетели». А вообще не задавайте глупых вопросов. Есть кому, кроме вас, ее остальные части съедать. Ешьте шеи этой утки.
– Я понял, это специально выведенная порода для Афгана! Называется уткашея! – радостно подскочил за столом Невский.
– Пусть так и будет! Извините, мне надо работать, сейчас вам компот принесу.
– Но все-таки, как к вам обращаться? Вдруг понадобится вас найти.
– Вот и зовите Уткашеей. Мне название понравилось. Так и буду для вас именоваться, – она подмигнула всем сразу и быстро ушла.
Компот офицеры пили уже на ходу, взяв стаканы с подноса Уткашеи.
С тех пор так и повелось. Садиться старались за столики этой официантки, быстро вычислив их. Впрочем, частенько ей приходилось обслуживать и столики отсутствующих подруг. Зыков каждый раз неизменно приветствовал молодую женщину:
– Привет, Уткашея!
