Через несколько часов полиция и армия блокировали все города на тысячах планет, и каждый человек прошел проверку. На одной только Земле было выявлено и расстреляно около ста тысяч шпионов.
Однако руллы сумели быстро приспособиться, и выявить их отныне удавалось лишь с помощью сверхсложных машин-детекторов. Лучшие умы человечества занялись конструированием, и вскоре детекторы можно было надеть на руку вместо браслета.
Но казавшаяся такой близкой победа вдруг испарилась как дым. Руллы сделали ответный ход: еще раз перестроили свое фальшивое тело и уж больше ничем — кроме психологии — не отличались от нормальных людей.
И тецерь руллы, несмотря ни на что, снова продвигались вперед. Их ничто не брало: ни бактерии, ни отравляющие вещества, смертельные для человека. Ведь организм руллов был основан не на кислородном, а на фтористом обмене. Долгое время велись поиски бактерий, с помощью которых можно было вести с ними войну. Вакцина из лимфы животных с Миры-23 была именно этим средством. Но об этом не знал даже Айра Клаги. Ему сказали, что вакцина нужна для борьбы с плесенью в гидропонике звездолетов. То же самое думали бы и руллы, заполучи они Клаги.
В верхней левой четверти экрана возникло лицо сидящей в приемной секретарши Джемисона.
— Мистер Калеб Карсон. — Торжественно произнесла она. Для соблюдения дворцового ритуала осталось только стукнуть тяжелым посохом в пол.
— Соедините.
Тревор извинился перед психологами и отключил их. На экране появилось изображение серьезного темноволосого юноши. Калеб Карсон был старшим сыном первооткрывателя и исследователя планеты Карсона.
— Получилось, — сказал Калеб.
— Ага! Значит, я прав! — радостно воскликнул Джемисон и тут же переключился на приемную. — Я лечу в Исследовательский центр. Если будет звонить Айра Клаги, соедините со мной немедленно.
— Хорошо, сэр.
Джемисон поднялся в лифте на крышу, где стоял его аэрокар. К нему тут же подошли два охранника и проверили, знает ли он даты рождения жены и сына и помнит ли стишок, который Дидди, стоя на стуле, читал в день своего пятилетия. Это был самый надежный (по крайней мере, самый быстрый) способ выявления шпионов.
«Сами-то вы не руллы?» — отвечая на вопросы, в очередной раз подумал Тревор и мысленно чертыхнулся.
Как ни странно, доктор оказался в курсе своих семейных дел. Хорошо, что он не страдает провалами в памяти. Ведь всякий раз охрана спрашивала у Джемисона, как и у всех прочих хранителей военных секретов, все новые и новые сведения. И не дай Бог кому-нибудь из них ошибиться!..
Доктор подошел к аэрокару. И тут ему в глаза бросился странный рисунок на керамлитовом боку машины. Раньше его не было. Бред какой-то!.. Тревор потряс головой, протер глаза. Рисунок не исчезал.
Доктор сел в аэрокар и направил его к одному из зданий. «Что за черт?» — подумал он, посадив машину на крышу. Механическим движением выключил мотор, поднял фонарь кабины и сидел в ожидании, когда сдешние охранники проверят его и выдадут пропуск.
Он не узнал спешившего к нему офицера — вероятно, на дежурство заступила новая смена. И тут вдруг он понял нечто потрясающее: это здание не было Исследовательским центром! Он хотел тотчас стартовать, на миг поднял глаза на охранника и замер. В протянутой руке того был не пропуск, а пистолет. Джемисон почувствовал бьющую в лицо холодную струю газа, и на него обрушилась тьма.
Первым ощущением Тревора был странный приторный запах гниющих растений. Джемисон лежал на парусиновой койке. Она прогибалась под его тяжестью, но была более или менее удобной.
«Что же случилось? Я — пленник руллов? — напряженно размышлял Тревор. — Или кого-то еще? Конечно, на Земле у меня бездна врагов, да и не только на Земле... Айра Клаги? Что ж, это самый последний из моих врагов. Но похищать правительственного чиновника, чтобы доказать ему свою правоту? Чушь!..»
Доктор вспомнил о рисунке на аэрокаре, который загипнотизировал его. Новый способ воздействия на человеческий мозг? Однако слишком много вопросов. Пора начинать искать ответы. Он поднял глаза. Сквозь лианы сверкало зелено-голубое небо. Внезапно Джемисон почувствовал невыносимую жару, на него нахлынул рев работающих машин — словно бы разом исчез невидимый кокон, доселе отделявший его от этого мира.
Как ни странно, руки и ноги Тревора оказались свободны. Он сел и огляделся. Койка стояла в конце еще не законченной просеки. Вдали виднелись пластиковые бараки. «Если это Мира-23 — здесь действует Айра Клаги. Значит, все-таки Клаги?.. Ну, дай ему Бог суметь оправдаться перед Землей!»
Теперь доктор понял, что небо казалось зеленоватым из-за энергетического экрана. Поэтому и верхушки деревьев излучали слабое сияние. Экран отражал низкочастотные волны, поэтому находящееся в зените красное солнце Миры выглядело белым.
