Иоганн Вольфганг Гете
Рейнеке-лис
ПОЭМА
ПЕСНЬ ПЕРВАЯ.
Был чудесный весенний праздник - троицын день. В зеленые одежды нарядился лес, мягким нежно-зеленым ковром покрылись поля. На горах и холмах, на деревьях, в кустах и на огородах садов снова запели звонкоголосые птицы. Долины и луга запестрели и сладко запахли цветами. Разукрасилась земля, празднично сияло небо.
Король зверей и птиц лев по имени Нобель, собирался задать в своем дворце веселый пир. Ко всем знатным четвероногим и крылатым вельможам королевства были разосланы гонцы с приглашением. Отказаться никто не имел права.
Постепенно все собрались. Не хватало только Рейнеке-лиса. Слишком уж много преступлений совершил этот плут, чтобы рискнуть показаться на глаза тем, кто его обидел. А не пострадал от него только один барсук Гримбарт, да и тот доводился лису племянником.
Трудно было сосчитать все жалобы, которые поступали на лиса.
Вот и теперь, едва только гости собрались, как вперед вышел волк Изергим в окружении своих родных и друзей.
- Милостивейший наш государь! - начал он свою речь. - Всем известно, какой вы великий и мудрый правитель, всем известны ваши доброта и справедливость. Примите же мою жалобу на Рейнеке-лиса, от которого я натерпелся слишком много горя и позора. Он не раз гнусно оскорблял мою жену, он искалечил моих бедных детей, трое из которых ослепли.
Я мог бы рассказывать о его преступлениях целую неделю и то не пересказал бы всего.
Мое терпение иссякло, государь, и я должен ему отомстить во что бы то ни стало!
Потом песик Пустолайчик стал было рассказывать по-французски, как Рейнеке похитил у него зимой последний кусочек колбасы. Но тут, злобно шипя, вскочил со своего места раздраженный кот Гинце.
- О великий наш государь! - вкрадчиво промяукал он. - Поверьте, что никто во всем собрании не пострадал от Рейнеке так, как вы сами. Лис подрывает ваш авторитет - многие боятся его теперь больше, чем вас, своего короля. А собачья жалоба - глупость, и Пустолайчику следовало бы помалкивать. Ведь колбаса, о которой он тут рассказывает, была не его, а моя! А дело было так. Отправился я однажды ночью на охоту. Иду - на дороге мельница. Я вошел. Хозяйка спала. Я увидел колбасу и унес ее...
Грозное рычание леопарда заглушило последние его слова:
- Довольно болтать! Всем известно, что Рейнеке вор и разбойник, способный на любое преступление. Всем известно, что лакомый кусок для него дороже чести всего дворянства.
Не далее чем вчера он прикинулся вдруг кротким, богобоязненным пастырем и вздумал учить нашего скромного и безобидного зайца Лямпе молитвенному пению. Сели они друг против друга и стали петь псалмы. Но не о молитвах думал Рейнеке.
Я как раз проходил мимо, когда он схватил зайца за горло и тем самым, мой государь, нарушил ваш строгий указ о мире между зверями. Конечно, он задушил бы Лямпе, если б не я.
Посмотрите на бедного зайца! Взгляните на его раны!
- Горе тем, кто еще верит Рейнеке! - снова вмешался волк Изергим. -Если негодяй и на сей раз останется безнаказанным, он их всех надует при первом же случае...
- Уважаемый Изергим! - оборвал волка барсук Гримбарт, который, позабыв всякий стыд, взялся защищать своего мошенника дядю. - Как же вы искусно клевещете вы на Рейнеке!
А между тем разве это не вы заключили в свое время с лисом союз? Разве не вы клялись ему в вечной дружбе? И, наконец, разве не вы причинили ему потом столько зла?
Вспомните хотя бы, как однажды вы и Рейнеке повстречали на дороге крестьянина с полным возом рыбы и вы уговорили моего дядю-лиса лечь посреди дороги и прикинуться мертвым.
Рейнеке согласился, хотя и рисковал при этом жизнью.
Крестьянин уже замахнулся на него топором, и стоило дяде хотя бы вздрогнуть, тут бы ему и конец! Но тот решил, что дядя Рейнеке действительно мертв. Он бросил его на кучу рыбы и, размечтавшись о том, какой роскошный воротник на шубу получит его жена, поехал дальше. Тем временем Рейнеке потихоньку пошвырял всю рыбу на дорогу. И что же? Когда он наконец спрыгнул с воза, чтобы полакомиться рыбкой, оказалось, что вы, Изергим, сами уплели все, оставив своему другу только рыбьи кости.
В другой раз вы и Рейнеке решили похитить у одного крестьянина свежую свиную тушу.
Дядя влез в окно кладовой и выбросил тушу вам, но тут на него напали собаки и жестоко его потрепали. Когда же он, весь израненный, пришел к вам за своею долей, вы, Изергим, не моргнув глазом заявили, что оставили для него самый лучший кусок сала, и с этими словами дали лису палку, на которой раньше висела свинина. И таких ваших проделок я мог бы назвать хоть целую сотню.
Теперь, мой великий и благородный государь, позвольте мне сказать несколько слов о случае с зайцем Лямпе. Это правда, Рейнеке задал ему трепку, но ведь за то, что заяц плохо выучил слова молитвы! Так неужели учитель не вправе наказывать своих учеников за лень и невнимание? Кто может судить его за такой поступок?
