— Три письма уже в ваш адрес пришли, — флегматично заметил ротмистр, — Но все они про ваши более ранние приключения. Я их пока в одну папку сложил. Вы же теперь всех добытых тварюшек на себя станете записывать, а не раздавать заслуги другим офицерам, как раньше делали? Вот как наберёте пару десятков, так я на вас представление к званию напишу, и те письма к нему приложу.
Он сделал пару глотков из своего бокала.
— Не повредят, — продолжил Удалов, сохраняя невозмутимый покер-фейс, — А то маг пятого разряда, и подпоручик. Нонсенс.
— А вы не торопитесь. Надеюсь, я скоро смогу и шестой уровень магии показать и подтвердить, — порадовался я за своего командира.
Правильный у меня начальник. Побольше бы таких!
— Не может быть! Откуда у вас мог шестой ранг взяться⁉ — выкрикнул со своего места Радошевский.
— Я много тренируюсь. Почти всегда. И даже сейчас, — вытянул я перед собой руки, раскрывая ладони.
На одной появился и пропал шар Огня, а на второй это же действие повторил шар Воды. Потом я повторил то же самое, но уже в разной последовательности, а то и сразу добиваясь одновременного появления и исчезновения Стихий. Вроде, меньше минуты на демонстрацию потратил, зато какое впечатление произвёл! Все рты открыли.
— Да, поначалу было сложно, — начал я под уважительное молчание, — Я не мог одновременно управлять двумя разными стихиями, но как видите, научился. Теперь не только при разговоре могу их контролировать, но и во время пробежки. А вот при занятиях на турнике пока не выходит. Но я над этим работаю, — чистосердечно признался я, честно соврав.
Конечно же нет у меня той запредельной концентрации, чтобы такое исполнять. Сценка мной была заранее подготовлена. Зато сколько свидетелей её увидело, и как потом эта сказка гладко ляжет в легенду моей быстрой прокачки до высших уровней. Заодно, гонористому поляку дал понять, что мы уже вот-вот будем с ним на равных, а затем я легко и непринуждённо его обгоню. И не только по магии, но и по званию.
— Кстати, господа офицеры, предупредите своих солдат, что у меня в палисаднике, под окнами, теперь не только ловушки — пердушки разбросаны, но и дристушки появились, которыми я заменил часть отчего-то разряженных пердушек, — объявил я напоследок, поднимаясь с места.
Новость восприняли кто как. Пара офицеров шутку оценили и слегка похлопали, трое плечами пожали, а Радошевский побагровел.
Сдаётся мне, не уживёмся мы с ним на одной заставе. Точней, он со мной.
Но похоже, наш ясновельможный пан, за которого он пытается себя выдавать, про это ещё не знает. Оттого и гадит исподтишка.
Чем я его собираюсь порадовать? Так заклинанием Успеха, но со знаком минус. Там всего-то одну руну перевернуть вверх ногами требуется. И пусть работает оно недолго, часа два — три, и процент везения/невезения не так велик, но для старта неплохо. Сегодня подготовлюсь, а завтра его встречу этаким бодрым началом дня. Вот жеж достал, пакостник. Я из-за него целый час готов потратить, чтобы переделать это заклинание под свои нынешние возможности.
Впрочем, мне самому уже любопытно, что из этого получится.
А получилось занятно.
Первый раз наш поручик обо что-то невидимое споткнулся, когда его десяток с плаца выходил, а потом, через полтора часа, его и вовсе на носилках принесли.
Говорят, на ровном месте поскользнулся и так неудачно в глубокий овраг упал, что ногу сломал и головой сильно ударился.
Что могу сказать — не всем везёт в этой жизни. И походу, больше всего не везёт тем, у кого шанс на успех в минусе.
Весть о происшествии с Радошевским я услышал на улице, от Федота, и продолжил заниматься тем, чем занимался — медитацией.
Значит, сижу я себе на плетёном коврике, и глядя на деревья, впитываю энергию Солнца и вдыхаю запахи степи. Чем не релакс.
И тут вдруг мою хлипкую калитку, с её самодельным шпингалетом, выбивает внутрь какое-то крупное тело, да ещё так, что она повисает на одной нижней петле.
— Подпоручик! Вы мне нужны, чтобы помочь с ранением поручику Радошевскому! — ворвался ко мне во двор поручик Гаврилов, и резко притормозил перед дверями моего дома, заметив меня у яблони.
— Учите Устав, поручик, — полусонным голосом отозвался я, не прерывая медитации.
— Ваш боевой товарищ ранен. Я приказываю оказать ему помощь! — заверещал Гаврилов.
