Стены и башни погранзаставы укреплены по второму разу и на них навешено ещё больше Щитов и оберегов.
В какой-то степени на заставе все выдохнули. Никогда ранее такие меры и в таком объёме никем не предпринимались, и это рождало в людях уверенность — мы выстоим!
Несомненно — забота о состоянии погранзаставы дело нужное и архиважное, но у меня остались вопросы под Куполом.
Передохнув после рейда и всё хорошенько обдумав, я зацепился за интересное наблюдение, которому сначала не придал значения:
— Викентий Константинович, а вы знаете — прокол Второго Купола вовсе не так далеко от Ямы. И я могу это доказать! — найдя ротмистра в кабинете я тут же огорошил я нашего начальника, придумав по этому поводу крайне интересную тактическую операцию и подготовил основания для её проведения.
— Попробуйте меня удивить, — прищурился Удалов, отодвигая документы, в которых я успел увидеть столбцы цифр.
— Всё дело в векторе направления! — попытался я донести до начальника заставы выжимку своих наблюдений, но встретил непонимание, — Если бы прокол Второго Купола был далеко от нас, то магический фон наверняка бы рассеялся и тянулся ко мне со всех сторон или был бы размыт, а тут — прямо фарватер какой-то вырисовывается! Эм-м-м, как бы ещё понятней объяснить? Давайте, нарисую?
— Не стоит. Я понял, — кивнул ротмистр, — Как вы думаете, насколько этот прокол далеко от точки вашего Пробоя?
— Можно же посчитать! Элементарная геометрическая задачка.
— Будьте так любезны.
— Так легко — дадите бумагу и карандаш? — азартно спросил я, и тут же получил желаемое, — Я стоял спиной к Куполу, поток пёр градусов с сорока — сорока пяти, и если мы построим треугольник то… Семь — семь с половиной вёрст левей, и мы окажемся где-то близко от точки Прокола, почти напротив неё, — подвёл я итог своим вычислениям. — Там и пробьём Купол в следующий раз!
— Интересное решение. Я думал, вы собираетесь зайти с Ямы и пойдёте под Куполом. А вы — Пробой Купола на новом месте!
— Зачем сложности, если нам важен результат? По степи мы семь вёрст шутя пройдём, а вот под Куполом — вряд ли. Можем не потянуть.
— Логично, но оказывается, у меня есть косность мышления, — признал ротмистр, отчего я его зауважал, — Отчего-то такой финт мне никак самому в голову не пришёл. Думал, вы всё-таки зайдёте через Яму. Ну, ладно. Сколько магов вам потребуется под Куполом? Больше трёх магов и десятка солдат я вряд ли готов с вами отправить. Сами понимаете, какая на мне ответственность, если что-то пойдёт не так, — тут же опустил он мою оценку на прежнюю величину.
Похоже, я не ошибусь, сказав, что мне только что прямым текстом дали понять, что лично моя смерть заставу не сильно обескровит и на карьере Удалова особо не скажется… А вот за трёх погибших Одарённых с него могут спросить.
Пу-пу-пу… Вот так и теряем мы веру в людей… А я-то губу раскатил, посчитав ротмистра в друзьях.
— Надеюсь, вы найдёте других исполнителей на этот смертельный номер, — холодно заметил я, собираясь уйти.
— Я хотел предложить вам выйти вместе со мной, и не более того. Вы и я. Мы же справимся вдвоём? — ещё раз изменил Удалов моё мнение о себе.
Так… Или я что-то перестаю понимать, или ротмистра штормит. Хотя с виду, он вроде трезвый.
Погеройствовать захотелось? Так это он по адресу обратился…
В рейд к Куполу мы вышли в три десятка при четырёх магах.
Страшновато было оставлять заставу с неполным гарнизоном. Поэтому ротмистр подсуетился. Звеня саквояжем впечатляющего размера, содержимое которого булькало, он отбыл на правобережье и через день в селе на постой встала казачья полусотня.
Их к нам всё равно прислали бы на усиление. Такая практика перед Осенним Гоном вовсе не нами придумана, но ждали мы казаков лишь недели через полторы. А тут их к нам чуть раньше переправили. Случаются же порой такие приятные неожиданности…
С маршрутом мы мудрить не стали. Дорога к Яме протоптана, изучена и обихожена. Дойдём по ней до Купола, а там пойдём налево, не теряя линию соприкосновения из вида. Есть надежда, что наши следопыты обнаружат какую-нибудь зацепку.
У хозяйственников мы забрали две подводы с возничими. Сейчас телеги загружены водой, боеприпасами, фуражом и продовольствием. Заодно и вещмешки солдаты туда покидывали и теперь идут налегке — с одной лишь винтовкой, флягой на поясе и патронной сумкой. А мои, с ружьями, так и вовсе свои тяжеленные громыхалки на телегах разместили, но идут рядом и, если приспичит, через пару секунд при оружии окажутся.
— Что-то нашли, — первым заметил ротмистр поднятую вверх руку в авангарде. — Всем стоп! Боевая готовность!
Отряд тут же ощетинился стволами, высматривая цель.
На первый взгляд — опасности не видно. Вокруг солончаковая степь, и лишь шагах в двухстах впереди начиналась сагва**, нынче окаймлённая густой стеной высохшего камыша.
**
