— Развернись, мразь! — злобно произнеся два слова, я вынул лучистое зелье из пространственной сумки, откупорил пробку и перевернул бутыль: сверкающие золотом капли потекли на окровавленный пол, просачиваясь через доски, исчезали в неизвестность.
Гадина, учуяв аромат эликсира со скипом разворачивалась, будто я проливаю саму жизнь.
— Паршивец, ты чего это делаешь, — на последних словах сорвалась на оглушающий крик. — Мне нужно это для перехода, давай торговаться!
— Конечно, — я двумя руками открыл сумку, показав ещё с две дюжины таких.
Жадность вспыхнула на её лице.
— За первый бутыль ты отдашь мне девочку, — кинул обещанное через барьер. Ёмкость легко преодолела преграду. Ей позволили пройти. Старая легко схватила предмет, и со словами: «Идёт» — гадина двумя когтями отослала девчонку за барьер, она словно на резинках поплыла по полу в мою сторону.
— Зейн, чего ты делаешь? — Заткнись! Забирай и вали, — грубо оборвал Артёма, подкрепив мысленным приказом. Он, подобно безвольному механизму, подхватил малышку на руки и ринулся прочь. Я подал Аделаиде сигнал глазами, она незамедлительно последовала за возлюбленными.
— За второе ты освободишь их, — повторил действие.
Старуха покоренной пятернёй собрала красные нити, до этого невидимые, идущие от людей, и резким движением оборвала их.
Пленные освободились от вечного ужаса.
— Дальше, дальше! — проскрежетала она…
— Не будет дальше, — я вынул бутыль и сдавил его, как сердце, зелье потекло сквозь пальцы, стекала на пол.
Тварь с особой жадностью следила за каждой каплей, как та разбивается, впитывается в древесину. Чувства сменялись на раздражение, нервозность и озлобленность.
— Маленький червячок. Я ведь добродушно хотела пощадить тебя, ибо ты часть демонического народа. Но вшивая полукровка осмелилась показывать клыки. И ради чего?.. Каких-то там людишек… смех, да и только! — озлобленно прошипела она, злобно посмеявшись в конце.
— Нет. Не ради них, ради собственных желаний. Моя душа желает тебя четвертовать!
— А-ха-ха… Ну-ну! Мальчишка, смотри же, смотри хорошенько, на кого ты посмел оскалиться!
Её тело буквально взорвалось, ошмётки плоти и замшелых одеяний разлетелись, прилипая к стенам. Облик старухи был всего навсегда надетой шкурой на волка.
Почему-то без какой-либо просьбы, статус врага сам врезался мне в мозг. Будто она специально им кичилась.
Имя и фамилия: Симона Душегуб.
Пол: Женский.
Фракция: Надгробье короля.
Должность: Оруженосец.
Вид: Поветрие.
Возраст: 88-лет.
Характеристики:
Сила: 55.
Интеллект: 35.
Мудрость: 70.
Закалка тела: 23.
Ловкость: 22.
Выносливость: 37.
Регенерация: 44.
Сопротивление тела: 85.
Стойкость: 40.
Здоровье: 400 %.
Харизма: −3.
Удача: 1.
Частицы маны: 250.
Частицы эфира: 0.
Элемент: Демонический Огонь.
Класс: Истязатель плоти.
Тип тела: Магический.
Уязвимость: Серебро и свет.
Стадия развития: Взращивание корня.
Навыки:
Техника клинка истощения. Создатель кукол А-ранга. Владыка маны С-ранга. Обжигающая плеть D-ранга. Я и есть взрыв А-ранга. Я и есть смерть А-ранга. Маяк С-ранаг. Вечные мучения D-ранга. Демонификация B-ранг.
Артефакты:
Саван тьмы С-ранга. Клинок погибели D-ранга. Шляпа безмятежности +D-ранга. Сапожки истязателя D-ранга. Браслет коварства А-ранга.
Теперь передо мной стояло воплощение смерти. Ведьмовской колпак с алыми очами на ткани отбрасывал тень на сверкающие красные глаза, полные безумия. Острые жёлтые зубы сверкали в полумраке. Нос — полость отсутствовал, только две дырки виднелись на уродливой морде, как сифилитика. Кожа имела нездоровый фиолетовый цвет и была изрыта проказой, впадинами, чем-то сильно напоминала обожжённый пластик. Только это месиво украшали красные глаза без зрачка, разбросанные вразнобой по туше…
Ровные черные волосы падали на шею и скатывались на волнистую накидку, которую придела к плечам металлическим значком. Прямо на бедрах находилось что-то похожее на часть бального платья с пышным подолом, уходящим вниз и разбивающимся об пол.
Но больше взгляд приманивал, сам по себе, висящий на поясе пылающий алым огнём клинок. Лезвие покрывали черные символы, крестовина походила на часть от винтовки, даже курок имелся, а ручка толстая, ребристая. Как бы не подходящая по размеру.
— Ммм… Маленькая мышка, теперь дошло, кто стоит перед тобой, — с каким-то садистическим удовольствием произнесла она. — Вампиру никогда не победить Поветрие, ибо по моим венам течёт сама чума! Но если ты будешь хорошим мальчиком, я сделаю из тебя милого пёсика, — добавила, указав на меня уродливым загнутым когтем в меня.
Я направил на неё руку, — Полчища безымянных, — струи эфира вырвались из ладони, обратились дюжиной летучих мышей, и громком хлопая крыльями вцепились в тварь.
