Когда я выбрался вплавь на берег, городской пляж пустовал, только редкие прохожие и пьянчуги шатались в предзакатный час. Я проверил кошель с деньгами, искать их на дне мне вовсе не хотелось. Страшно подумать только, если они могли бы выпасть при выплывании из пещеры. Но хвала Семерым Близнецам, доверенные мне золотые монеты всё ещё на месте. Я спешно огляделся вокруг — справа от меня возвышались каменные опоры причала, а в гавани на рейде качались корабли пиратов и работорговцев. По обоим концам бухты, формой похожей на полумесяц, темнели очертания массивных строений и там горели огни. Изредка порывы ветра дующего с моря, доносили до меня оттуда крики и стоны людей.
Осторожно, не привлекая внимания, я снял с себя всю одежду, выжал насколько смог от воды. Проблему составляли только кожаные доспехи, впитавшие в себя соленую воду и от того изрядно отяжелевшие. Конечно, надевать обратно полусырую одежду несколько неприятно, но заявиться в город, оставляя после себя мокрые разводы я не мог. Всё-таки я же не Уак’х из морских глубин, чтобы являться к людям, облепленный тиной и водорослями.
Пока ещё солнце не зашло необходимо поторопиться, может быть я ещё успею застать лавку кузнеца открытой. Незаметно миновав набережную, отделявшую меня от первых домов, я прошмыгнул в тень малоэтажных зданий. Нужно вести себя осторожно, от Джаса я слышал, будто ближе к закату становиться очень опасно шляться по городу. И мне очень повезло, что первые дни в городе я прожил без происшествий. Тем более сейчас я представлял собой особо богатую добычу. Разумеется, я бы справился с одним или двумя грабителями, но привлекать лишнее внимание сейчас ни к чему.
Скрытно передвигаясь прижавшись к стенам, я старался как можно реже попадать на освещенные участки, залитые последними лучами солнца, перед наступлением сумерек. Впереди послышался какой-то шум, смех и разговоры — кажется кто-то идёт по проулку навстречу. Я тут же юркнул за груду ящиков, небрежно сложенных, возле покосившейся от времени хибарки рыбака. И как раз вовремя, тут же из-за поворота появились двое — наёмники, виденные мной накануне на площади.
Именно про них Джас говорил, обзывая их «петухами» и «собаками» и что их отряды именуют себя «Псами Войны», поклоняющиеся своему спящему богу Горгу Длиннорукому. Мне представился уникальный шанс взглянуть на них поближе, наблюдая в щели ящиков за приближающейся парой. Они громко хохотали, переговариваясь между собой неприятными и резкими голосами, их язык и говор мне был неизвестен. Надрывные и хриплые гортанные звуки, перемеженные мерзким гоготом, действительно напоминали собой собачье гавканье или звуки человека, безуспешно пытающегося избавиться от рыбьей кости, застрявшей у него в горле.
Я замер, не двигался и не дышал, дабы не выдать своего присутствия. Парочка прошламимо — невысокого роста, с широкими плотными и мускулистыми телами, продолжающиеся короткими кривыми ногами покрытые шерстью и такими же волосатыми руками. Плоские лбы на квадратных головах, со сверкающими глазами из-под густых зарослей волос на лице, не выдавали в них особых интеллектуальных способностей. Остроконечные войлочные шапки, со сдвинутыми вперед концами, ещё больше усиливали их сходство с гребнем той самой птицы. Видимо они сейчас изрядно навеселе и не заметили бы меня, даже если я просто стоял у стены, изображая из себя египетского фараона в профиль.
Когда шумная компания удалилась на достаточное расстояние, я вышел из своего укрытия и поспешно зашагал в сторону площади. Думаю наёмники отмечали очередную выгодную сделку и сейчас направлялись к кораблям стоящим в порту. Замешкайся я на берегу немного дольше, то мы столкнулись бы нос к носу. Одолеть их в бою не представлялось для меня возможным. Слишком разные весовые категории. К тому же я не уверен, что моя сабля смогла бы причинить им хоть какие-то серьезные раны. А вот мне хватило бы одного удара их примитивного оружия, напоминающего прямую крестьянскую косу на длинной ручке.
