На вскрытие вентиляционного короба ушло чуть меньше минуты — проводник оказался весьма расторопным малым. Он быстро свернул три винта и ослабил четвертый. Я забрался внутрь первым, осмотрелся, а затем по очереди втянул всех спутников внутрь. К этому времени приближающийся многоголосый гул слышали уже все, и девушки заметно нервничали. Слава Богу, успели, даже решётку прикрыли.
А потом несколько минут наблюдали, как мимо один за другим, а иногда и сразу несколько в ряд, проносятся автомобили. При этом стоял такой шум, что мы из-за него не слышали голосов друг друга. Лишь когда поток гоночных авто почти иссяк, Пшик крикнул:
— Чтоб мне воды неочищенной хлебнуть! Нас бы раскатали в лепёху! Алекс, как ты умудрился услышать их?
— Слух очень тонкий. — ответил я, а про себя подумал, что зря я втягивал всех руками. Теперь они знают мой новый рейтинг, и возможно начнут задавать вопросы. Впрочем, в их интересах, чтобы случившееся в убежище крысюка не связали с нами. Мы это уже обсудили по пути, и придумали общую историю.
— Мне бы такой слух. — с завистью в голосе произнесла Лялька. — Я, может быть, и не стала бродяжкой.
— Долго нам ещё сидеть? Может посмотрим, что в рюкзаках? — предложила Шмотя.
— Минут десять точно. Сейчас вторая волна пойдёт, она более растянута. Там грузовики в основном. — ответил Пшик. — И я бы не стал двигаться по вентиляции, опасно. Мы очень близко к поверхности, можно нарваться на полицейский патруль. Предлагаю подождать.
— Шмотя, Лялька, снимайте рюкзаки, будем смотреть, что нам досталось. — приказал я. Чувство приближающейся угрозы пока что еле ощущалось, похоже я скоро покину опасную зону. Так что несколько минут отдыха не повредит.
Что носит в своем рюкзаке зажиточный бродяга? Еду, воду, лекарства и тряпьё? Как бы не так. Из перечисленного среди трофеев оказались лишь двенадцать армейских ИРП, и две фляжки, наполненные витаминными коктейлями — лучшее средство для удаления жажды.
А вот остальное… В одном рюкзаке были какие-то корешки, похожие на сушёные грибы. Кто-то расфасовал их по целлофановым пакетикам, и таких порций у нас оказалось под сотню.
— Глюны. — со знанием дела сообщил Пшик. Увидев на наших лицах непонимание, он пояснил: — Ну, их так на поверхности называют. Очень грязный наркотик. Привыкание с первого раза, и кто жрёт эту гадость, живут совсем мало. От силы год-полтора. Интересно, откуда у номеров столько много этой гадости. Тут же достаточно, чтобы обожрались все в убежище, и ещё останется.
— Это в сторону. — приказал я, отодвигая рюкзак глюнами. — Уничтожим. Возражения не принимаются.
— Да это понятно. — кивнул Пшик. — С такой ношей мы гарантированно сдохнем. Это хорошо, что глюны в герметичной упаковке, иначе того, кто нёс эту гадость, уже начало бы плющить.
— Так, давайте второй рюкзак. — принял я решение. — Надеюсь, там будет что-то полезное.
Во втором рюкзаке обнаружилось два противогаза, похожие на навороченные мотоциклетные шлемы моего мира, пустые пакетики, заточенные лопаточки и прочая гадость. Причём Пшик аж присвистнул, увидев содержимое.
— Эти шлемы — крутые дыхательные маски. Дорогие штуки, такие можно каждый по тысяче кредитов продать за несколько минут. — пояснил проводник. — Похоже эти номера занимались выращиванием глюнов. Как вообще убежище Крысиного Короля продержалось так долго?
— Ну, я думаю, что Восьмой номер с подельниками занимался наркотиками втайне от своего короля. — ответил я. — Была у крысюка серьезная крыша, покрывающая все его делишки. Поэтому никто и не трогал убежище. Кстати, что-то я не слышу второй волны гонщиков, хотя прошло уже больше десяти минут. Так что предлагаю быстро поесть и сваливать отсюда. рюкзаки и всё остальное оставим, нам лишние проблемы не нужны.
Фляжки я отдал девушкам, а рационы питания поделил поровну между всеми. После чего мы направились дальше по транспортному коридору, оставив в вентиляционном коробе всё, кроме двух масок. Я не смог их оставить. Всё же их стоимость — две тысячи кредитов, а если мы попадём в зелёный туман из обеззараживающего вещества, смертельного для жизни, то маска защитит.
Второго заезда так и не было, и мы спокойно прошагали по транспортному коридору десятка два километров, пока он не закончился подъёмом на поверхность. Здесь пришлось свернуть, после чего вновь двигаться по шахтам, тоннелям и вентиляционным коробам.
Остановились, когда мои спутники начали выдыхаться. Всё же двигаться вверх-вниз, а иногда и на коленях — такой путь сильно выматывает.
— Как думаешь, Алекс, удалось нам оторваться от возможного преследования? — поинтересовался Пшик, сидя прямо на бетонном полу, и прислонившись спиной к стене. — А то мы уже две трети пути прошли, вряд ли нас отыщут. Хотя, многое зависит от того, что ты забрал с собой из серпентария. Если это что-то особо ценное, то могут и не оставить в покое.
