Нина достала ключи из нижнего ящика комода, где хранила их под бельем, но сейчас, когда уже стемнело, не было смысла идти к себе домой. Дом промерз за зиму, там холодно и темно. А свечу не зажжешь — сразу заметят соседи и могут позвать полицию. Так что визит домой лучше перенести на утро. На чем и порешили.
Нина рассказала, что Коля переехал в Севастополь, — оттуда он написал ей поздравление ко дню ангела, но обратного адреса не оставил, потому что находится на секретной службе. Андрей улыбнулся — он понял, что Коле просто не хотелось, чтобы Ниночка нагрянула к нему — наверное, он своим коллегам и товарищам рассказал, что его сестра — баронесса ослепительной красоты, а теперь не желал, чтобы объявилась эта баронесса в потертом мамином салопе.
Сидеть здесь весь вечер и слушать скучные рассказы Нины Андрей был не в силах. Он сказал, что пойдет погулять.
— Я с тобой, — сразу сказала Нина.
— Нет, — возразил Андрей. — Если меня кто-нибудь узнает, то придется убегать, а ты не умеешь бегать.
— Но мы погуляем здесь, подальше от центра.
— Именно в центре мне и хотелось побывать.
Нина замолчала. Ее никогда не приглашали гулять, она привыкла к этому, но все равно каждый раз обижалась.
— Шла бы ты в монастырь, — не очень деликатно сказал Андрей, натягивая тужурку. — Там и дело, и забота, и не скучно.
— Мне нельзя, — возразила Нина, — у меня хозяйство, дом. К тому же я замуж пойду. Я буду хорошей хозяйкой, не веришь?
— Верю.
Провожая, Нина умоляла Андрея, чтобы он не ходил темными переулками — там грабят. Она даже стала рассказывать, кого и когда ограбили, но Андрей уже не слушал.
Он оглянулся от угла — Нина стояла у ворот и смотрела ему вслед. Господи, подумал Андрей, до чего же ей одиноко!
Фонарей в городе стало втрое меньше, да и те, что были, горели плохо. Прохожих было мало — и только мужчины. На Пушкинской, у витрины — Андрей запомнил этот момент — ему вдруг стало страшно в этом чужом обреченном городе, и он поспешил обратно.
Нина ждала его за калиткой. Вернее всего, она так и простояла за калиткой те полтора часа, что Андрей гулял. Увидав вопрос в глазах Андрея, она быстро сказала:
— Прости. Мне стало так скучно, что я вышла тебя встретить. Минуту назад.
Она шла рядом с ним, говоря монотонным высоким голосом:
— Знаешь, Андрюшенька, когда я обыкновенно живу, приду со службы и от усталости буквально валюсь — нарочно так, чтобы не скакать. А сегодня ты приехал и сидел, чай пил, а я поняла, что завтра ты уедешь, и такое одиночество на меня напало, ты просто не представляешь.
— Представляю, — искренне сказал Андрей. — Тебе замуж пора.
— Ох, кто меня возьмет, я же некрасивая, — сказала Ниночка. — Сам же мне монастырь предлагал. Я понимаю.
— Это неправда, — сказал Андрей почти убежденно, — для того чтобы выйти замуж, быть счастливой и сделать счастливым другого человека… — Андрей перевел дух, словно говорил с амвона перед онемевшей аудиторией старых дев, — не нужна яркая красота. А ты привлекательная и умеешь вести дом…
— Я всю жизнь мечтала о горничной, я ненавижу мыть пол. Кто мыл пол, тот никогда не станет богатым.
— Прекрати эти пустые речи! — сказал Андрей. — Я тебе даю слово, что ты еще найдешь свое счастье. Вот посмотри, я сам не такой уж красивый, а ведь не расстраиваюсь.
— Вот и возьми меня замуж, — сказала громко Нина, и после длинной неловкой паузы она покраснела, пальцами стала поправлять завязки пелерины и сказала: — Ты только не воображай, что я серьезно, я просто тебя поймала на лжи. Ты солгал мне.
— Нет, — сказал Андрей, — я не лгал. Но мое сердце обещано другой девушке. Я не могу ее обмануть.
— И где же она? — спросила Нина со злостью. С такой неожиданной злостью, что Андрей, не понимая, против кого она направлена, осекся. Потом сказал:
— Вот если у нас с ней не получится, я приеду к тебе и женюсь.
— Слово? — спросила Нина.
— Слово, — сказал Андрей.
Они вернулись в скрипучий паутинный дом.
Ниночка достала чистое белье и постелила Андрею в комнате Коли. Они говорили о разных людях — больше о тех, кого уже нет, — так получилось, что вокруг обоих была пустота. Но если Андрей мог увидеть и понять одиночество Нины — оно было на виду, на глазах, то Нина многого не знала об Андрее. И разговаривала с ним как со старшим — а Андрей уже стал моложе ее.
Нина спала в маминой комнате.
Андрей сел на Колину кровать, узкую и скрипучую, и увидел, какой толстый слой пыли на письменном столе и какая густая паутина в углу комнаты. Он хотел было сказать Нине, что если ее и не возьмут замуж, то из-за этой паутины и пыли, но потом подумал — она обидится. Ведь она думает, что эта пыль и запущенность от бедности.
