— Я не приглашаю на поминки, — сказала Нина. — Я не признаю этих варварских обрядов. Умер человек и умер. Главнее — наказать виновного.
Она посмотрела на остановившегося в стороне Толика, словно угадала в нем вершителя правосудия. Толик послушно кивнул.
— Кстати, — продолжила Нина и сделала знак рукой, как бы щелкнув пальцами, но в самом деле не щелкнув. Молодой человек в очках и модном черном костюме, стоявший частью фона за ее спиной, сделал шаг вперед и передал Нине большой пластиковый пакет. Пакет был тяжелый.
— Передайте, пожалуйста, этой… — имени «этой» Нина выговорить не могла. И никогда не выговорит.
— Я передам, — сказал Толик, протягивая руки.
— Я была на квартире у Сергея, там всякие вещи, которые мне не нужны, — продолжала Нина. — Они не имеют ко мне отношения.
Нина повернулась и ушла. За ней последовала группа ее родственников и друзей. Среди них, наверное, были и родственники Сергея, хотя он никогда Лидочке о них не говорил. Впрочем, жили они не в Москве — Сергей был родом откуда-то издалека.
Теперь пришла пора переходить к другой группе. Оттуда ревниво наблюдали за общением Лидочки с Ниной и ждали.
— Это вам, Лиза, — сказала Лидочка, она давно не видела Лизу, но та почти не изменилась. Такая же цыганистая, кареглазая соблазнительница, которая сбила с пути истинного немало мужчин, но своего счастья так и не отыскала. Теперь уж вряд ли отыщет.
— Что это? — Лиза не решалась взять пакет у Толика, словно в нем могла таиться бомба.
— Ничего, — сказал за Лидочку Толик. — Я посмотрел. Я так думаю, что это ваша переписка и всякие сувениры, которые Нина Абрамовна собрала и не стала выбрасывать. Наверно, вам это интереснее. Честно говоря, я от нее этого не ожидал. Редкая жена, даже бывшая, стала бы думать о вас.
Резким движением Лиза вырвала у Толика пакет. Лидочка сообразила, что Лиза считает Толика спутником Лидочки или Марины, которая остановилась в шаге позади.
— Это милиционер, Анатолий Васильевич, — объявила Даша. — Я вчера у него на допросе была.
— Вот это да! И никто мне ни слова, — почему-то обиделась Лидочка. Хотя капитан милиции имел полное право выбирать себе собеседников, не советуясь с Лидочкой.
— Вам было не до этого, — сказала Даша.
Лидочка поняла, что Даша уже взяла себя в руки и теперь будет утешительницей и поддержкой матери. Лиза же полностью расклеилась, руки ее дрожали, она никак не могла сообразить, что же делать дальше, кажется, она даже забыла о пакете… Нет, не забыла. Лиза вдруг обернулась к дочери и спросила:
— Я пойду скажу ей спасибо, хорошо?
— Ты ей скажешь спасибо по телефону, завтра, если она захочет с тобой говорить, — разумно ответила Даша.
— Правильно, — тихо заметил Толик. — Нина Абрамовна человек интересных решений.
Лидочка поняла, что он косвенно обвиняет Нину в возможном убийстве Сергея. Ничего подобного Толик, конечно же, не сказал, но Лидочка именно так его поняла.
Даша произнесла слова, которые должна была сказать ее мать.
— Попрошу вас к нам, — сказала она. — Будем рады, если помянете с нами Сергея Романовича.
И тут Лидочка сообразила, что они стоят в окружении дюжины или более людей, ожидающих приглашения. Так как автобус заказывала Нина, все пошли к машинам на стоянке.
— Ты поедешь? — спросила Марина.
— Да.
— А я не поеду.
— Почему?
— Я никогда ее раньше не видела, для меня это чужой дом… и даже как-то нехорошо, что я приду в чужой дом, а я чужой человек…
— В такой день не бывает чужих, — заметила Лидочка.
— Я себя буду чувствовать чужой. И не уговаривай меня. Мне надо побыть одной, честное слово… Я ведь еще не смирилась с этой потерей.
Марина пошла к автобусу. Остальные расселись по машинам, еле поместились. Толик оказался с Лидочкой в одной машине. Он твердо вознамерился присутствовать на поминках.
Он сидел рядом с Лидочкой, локоть упирался ей в бок. Лидочка тихо спросила его:
— А вам можно, Анатолий Васильевич?
— Не понял вашего вопроса, — вежливо прошептал в ответ капитан.
От его костюма попахивало нафталином и пылью. Видно, его редко вытаскивали из шкафа.
— Вы же находитесь при исполнении, а едете в гости.
— Я не еду в гости, — строго поправил Лидочку милиционер. — Во-первых, просто хочу посидеть, отметить память о хорошем человеке. Я же его знал, мы с ним встречались, разговаривали. Я к Ольге часто захожу, вот и познакомились. Я Сергея Романовича очень уважал. У меня есть его книга с дарственной надписью.
— Чего же вы мне раньше не сказали!
— Почему я должен все вам говорить? — удивился капитан. — Я вам расскажу, а вы с ума сойдете от удивления.
— Простите, вы правы, — согласилась с ним Лидочка.
— А во-вторых, — продолжал шептать ей на ухо капитан, — я нахожусь на работе, я наблюдаю. Мне люди интересны. Это дело, скажу вам, не такое простое, как вам кажется.
— Мне оно и не кажется простым.
— Тем более, мне нужно на людей посмотреть в другой обстановке, может, они раскроются.
— А пить будете?
— Пить не буду. Одну рюмку за память Сергея Романовича.
