<p>Элий Вайнерман</p><p>Река времён</p>* * *Володе Тарсукову, Саше и Розе Белоусовым, без поддержки которых я бы не написал эту книгу
<p>Мне – каплю небесной ласки</p><p>«…Огромных деревьев, названья которых не знаю…»</p>…Огромных деревьев, названья которых не знаю.Погибли деревья, лишь пепел в снегах леденеет.Опавшие флаги без древков, – деревья из детства,В чьи тёмные кроны густые луна молодая струится.Луна молодая струится. Сок горек и сердце моё опадает.Становится флагом без древка, средь пепла в снегах леденеет.И тёмные кроны, глухие, от солнца меня заслоняют.Огромных деревьев, погибших деревьев из детства.1979<p>«Как мы уютно сели у фотообъектива!..»</p>Как мы уютно сели у фотообъектива!(О, музыка органа! Капеллы томной пенье.)Сейчас фотограф щёлкнет и нас запечатлеет(А за стеною вьюга метёт) для поколений.Для плюшевых альбомов, настенных фотографий,В стеклянных рамках тусклых,В фольге, луной светящей,Как мы сидели, тесно друг к другу прижимаясьКоленями, локтями, сердца друг друга слыша.Ты – в вечности мгновенье! И мы неразлучимы.Крушительницы войны… великие изгнанья…Мы – горсть песка, песчинки мерцают на ладони.Горсть нашу разметало.О, в дряблой паутине унылые альбомы!На выцветших обоях окошки фотографий.Как мы уютно сели… А лес растёт на склонах, в песке холмов могильных,И некто пролистает старинные альбомы.Ему мы незнакомы…1979<p>«Студёная, жмётся к мосту вода…»</p>Студёная, жмётся к мосту вода.В ней вместе утонем мы.Взобраться на перила. Упасть,Глаза раскрыв, с вышины.И снова кружение, первый вальс,Даль, радуги детский блеск…Жизнь – льдистый ужас.Укрой же насВолны вековечный всплеск!Под сваями мгла. В ноябре нет звёзд.Баюкает мёртвых ил.Прощаясь, ветер в реку швырнётПесок с прибрежных могил.Нам хрупкой весною средь тростникаКувшинками прорасти.Луч. —Видеть только небо одно!Мосты на Млечном Пути.<p>Танцовщица</p>Казалось, чего уж проще,Забыв на миг о себе,Взмахнуть озорливо ножкойВ хмельном ночном кабаре.Собор для бродяг подлунный.Священники – фонари.Жестокое утром солнце.Музыка до зари!Как маски пьяные рожи,Но им твой ангельский взгляд.Пропойцы здесь молчаливы.Ты слышишь: они вопят.Мольба безответна Богу,Впустую погиб Христос.Вонзились в туфельки яроШипы гефсиманских роз.И я – звездочёт без веры,В стекло бутылки глядя,Открыл: есть изгоям небо! —Над сценой, где кровь твоя.Бездомным восход недолог.Угасшие фонари.Несносен мир на рассвете:Двери затворены.<p>«Когда на душе печально…»</p> 
