На следующий день, когда отец ушел, он дал учебник маме и попросил ее послушать, как он отвечает урок. Он ничего не забыл. Он рассказал ей о том, что произошло; она поцеловала его и сказала, что, без сомнения, та женщина выполняла свое обещание.
В школе он отлично ответил орфографию, но другие предметы он по-прежнему не знал. Он взял с собой домой книги и перед сном положил их к себе под подушку. Затем он подумал о той, которая являлась ему, и помолился ей. На следующий день, когда дядя Луциан спросил его по географии, перед глазами у него возникла страница из учебника, и он прочитал по ней ответ. То же самое было и по другим предметам. Каждый день он брал с собой учебники и спал на них. Он догадывался, что и одного раза было бы достаточно, чтобы он знал все, но он не хотел рисковать. Кроме того, все поверят, что он усердно занимается, если будут видеть его с кучей книг.
В школе он начал делать успехи. Дядя Луциан перевел его в следующий класс и сказал об этом сквайру.
– Кажется, он знает книгу наизусть, Лесли. Что бы я ни спросил, он все отвечает правильно, словно читает по ней. Но я знаю, что он не хитрит. Когда он отвечает, книга лежит у него в парте, он встает и смотрит прямо на меня.
Сквайр, придя домой, отвел сына в сторону и задал ему несколько вопросов.
– Что происходит? Как ты это делаешь? – спросил он.- Это каким-то образом связано со сном, о чем ты мне тогда говорил?
– Я просто сплю на учебниках, вот и все. Когда я просыпаюсь, я все знаю. Я не понимаю, как это происходит, но до сих пор у меня получалось.
Сквайр пригладил усы. – Надеюсь, ты не свихнулся,- сказал он.
Предвыборная кампания 1892 года взволновала, округ Кристиан. Кливленд предпринял попытку вернуть себе президентское кресло, которое он уступил Гаррисону в 1888 году, и кандидатом в вице-президенты он выбрал Адлая Э. Стивенсона, уроженца округа. Все местное население загорелось желанием поддержать земляка, которому улыбнулась удача, и сквайр Кейси, любивший политику во всех ее проявлениях, выступал с речами, участвовал в дискуссиях в лавке на перекрестке и пообещал своему пятнадцатилетнему сыну взять его с собой в Хопкинсвилл, административный центр округа, на торжества.
Кливленд победил, и в округе должны были состояться парад и карнавал. Накануне назначенного дня мистер Б. Ф. Томб, новый школьный учитель, подозвал сына сквайра во время перемены к своему столу.
– Послушай, старина,- сказал он.- Я разговаривал с твоим отцом. Я сообщил ему, что ты мой лучший ученик и всегда знаешь урок. А он сказал, что ты все учишь во сне. Я и от других это слышал. Это правда? Как ты это делаешь?
– Я, право, не знаю. Просто однажды я как бы ощутил, что если я засну на учебнике, то буду знать урок. Потом я засыпал на других книгах, и это всегда срабатывало. Я не знаю, что это такое.
Он смутился и покраснел.
– В этом нет ничего странного,- сказал мистер Томб.- Не терзай себя мыслью, что ты не такой, как все. В жизни так много непознанного, о чем мы ничего не знаем. Как ты видишь уроки, в картинках?
– Да, я вижу изображения страниц.
– Ну, не буду больше беспокоить тебя. Но думаю, тобой стоит заняться. Мы еще многого не знаем. А ты не тревожься и не бросай свое занятие. В нем нет ничего дурного. А теперь беги, поиграй с мальчиками.
Он выбежал на улицу, где ребята играли в “старую свинью”, вариант игры в бары. Вступив в игру, он бегал быстрее, чем обычно, и бросал мяч сильнее, чем обычно, пытаясь избавиться от того ощущения, которое он испытывал, когда думал, что он не такой, как все. Он всегда ловил на себе взгляды людей, а мальчишки кричали ему: “Эй, старина, как насчет того, что-бы поспать на наших учебниках и выучить за нас уроки?”
Все это происходило потому, что его отец всем рассказывал о нем. Сквайр гордился сыном и хотел, чтобы тот демонстрировал свои способности быстро запоминать во сне все, что угодно. При мысли об этом он каждый раз сгорал от стыда.
– Беги, старина, беги! – закричали ребята.
Он побежал, но, как только он достиг центра поля, мяч попал ему по затылку.
Тут прозвенел звонок, и все отправились в класс. Весь день он вел себя странно: смеялся, хихикал, кидался жеваной бумагой. Мистер Томб был удручен, но не наказал его, решив, что мальчика расстроили его вопросы.
По дороге домой он кувыркался, прыгал в канавы и, стоя посреди улицы с поднятыми руками, останавливал коляски и экипажи. Дома мама, положив зеленые кофейные зерна на сковородку, жарила их на плите. Он схватил горячую сковородку голыми руками и понес ее в сад. Там он “посеял” кофе, словно это были семена. За ужином он кидался в сестер чем попало, громко хохотал и строил рожи отцу. Сквайр отвел его в постель.
Лежа под одеялом, он перестал дурачиться и потребовал положить ему на затылок припарку. Он сказал, что получил удар мячом, но, если положить припарку, к утру все пройдет.
– Что делать?- спросил сквайр у своей жены.
– Сделай припарку,- ответила она.- Хуже от нее не будет. Нужна кукурузная мука, лук и некоторые травы. Пойдем, поможешь мне приготовить смесь.
