Реки Лондона полностью

Я попросил хоть какую-то подсказку, и Найтингейл сообщил, что Отец Темза всегда считался духом-перипатетиком. Согласно Гуглу, это слово означало «странствующий, бродячий, кочующий». Понятнее не стало. Мои представления о существах, населяющих долину Темзы, были весьма противоречивы и сейчас, несомненно, расширились, только вот вряд ли мне удастся блеснуть ими на ближайшей викторине в пабе.

Чтобы отметить свое воссоединение с технологиями двадцать первого века, я заказал пиццу и решил зазвать Лесли «послушать музыку». В ванной комнате на моем этаже стоит огромная фаянсовая ванна с ножками в виде когтистых лап. Я долго в ней отмокал и в который раз мысленно клялся, что непременно установлю душевой смеситель. Вообще я совсем не пижон, но иногда хочется пофорсить. Хотя, как и большинство копов, я не ношу никаких цацок, особенно на шее, ибо есть правило «не носи на шее ничего такого, чем можно удушить». Я достал из холодильника несколько бутылок «Бекс», поскольку Лесли любит бутылочное, и в ожидании ее прихода включил спортивный канал.

Среди прочих достижений современной техники, установленных мною в каретном сарае, был домофон у ворот гаража. Поэтому, когда Лесли позвонила, мне осталось только нажать кнопку, чтобы впустить ее.

Я открыл дверь. Лесли стояла на верхней ступеньке витой лестницы. И не одна.

– Я решила позвать Беверли, – сообщила она.

– Вижу.

Я предложил дамам пива.

– Я требую подтвердить, что, если я здесь что-то выпью или съем, это не наложит на меня каких-либо обязательств, – заявила Беверли. – А шуточки свои оставь при себе.

– Ладно, – сказал я. – Можешь спокойно есть и пить, никаких обязательств. Слово скаута.

– Не пойдет, – сказала Беверли. – Поклянись силой.

– Клянусь своей силой, – послушно сказал я.

Беверли цапнула бутылку, плюхнулась на диван, взяла пульт и стала переключать каналы.

– Можно мне выбрать кино по кабельному? – спросила она.

За этим последовала трехсторонняя дискуссия на тему «что будем смотреть». Я выбыл с самого начала, а победила в итоге Лесли путем банального отъема пульта у Беверли. Она включила канал с бесплатными фильмами.

Беверли принялась было ныть, что мы не заказали пепперони, и в этот момент входная дверь чуть приоткрылась. В узком проеме показалось бледное лицо. Это была Молли. Она молча смотрела на нас, а мы на нее.

– Заходите, пожалуйста, – проговорил я.

Молли беззвучно скользнула в комнату и мягко опустилась на диван рядом с Беверли. Я вдруг понял, что никогда не видел ее так близко. Ее неестественно бледная кожа была идеально гладкой, как у Беверли. От пива она отказалась, но кусочек пиццы все-таки взяла, хоть и нерешительно. Когда начала есть, то чуть отвернулась к стене, держа ладонь так, чтобы рта не было видно.

– Когда вы разберетесь со Стариком Темзой? – спросила Беверли. – Мама теряет терпение, а Ричмондской бригаде надоело сидеть без дела.

– Ричмондской бригаде, надо же, – фыркнула Лесли.

– Его еще надо найти, – сказал я.

– Тоже мне проблема – сказала Беверли. – Он же должен быть где-то у реки. Наймите лодку, отправляйтесь вверх по течению. Когда будете на месте – остановитесь.

– А как мы узнаем, что на месте?

– Я бы уж узнала.

– Тогда почему бы тебе не отправиться с нами?

– Не вариант, – отрезала Беверли. – Мне нельзя подниматься выше Теддингтонского шлюза. Я живу в приливной зоне, и точка.

Молли вдруг резко повернула голову к двери. Через пару секунд кто-то постучался. Беверли вопросительно посмотрела на меня, но я пожал плечами: больше я никого не ждал. Убрав звук у телевизора, я пошел открывать. За дверью оказался инспектор Найтингейл, в спортивной куртке поверх синей футболки поло. На моей памяти он еще никогда не одевался так неформально. Пару секунд я изумленно пялился на него, потом пригласил войти.

– Я просто хотел взглянуть, во что вы превратили это место, – сказал он.

Как только Найтингейл вошел, Молли стремительно вскочила с дивана. Лесли тоже встала, приветствуя старшего по званию. Что касается Беверли, то она поднялась либо благодаря зачаткам вежливости, либо заранее готовясь дать деру. Я представил ее моему шефу – оказалось, что они уже встречались, но очень давно, когда ей было всего десять.

– Сэр, будете пиво? – спросил я.

– Да, спасибо, – ответил Найтингейл. – И пожалуйста, зовите меня Томасом.

«Вот уж это вряд ли», – подумал я. Протянул ему бутылку пива, жестом пригласил присесть на тахту. Он сел с краю, держа спину прямо, я занял другой край. Беверли снова плюхнулась на середину дивана, Лесли аккуратно уселась рядом, а бедняжка Молли долго топталась на месте, но в конце концов тоже села, правда, на самый краешек. Все это время она не смела поднять взгляд.

– Какой большой телевизор, – заметил Найтингейл.

– Плазменный, – сказал я, и он задумчиво кивнул. Беверли, сидевшая вне поля его зрения, закатила глаза.

– А со звуком что случилось? – спросил Найтингейл.

– Ничего, – ответил я, – я его отключил.

Нащупал пульт, и секунд десять, пока я пытался с ним совладать, музыка орала на полную громкость.