— Эй, парень, ты куда? Там же выход из города.
— Не знаю. Я провалился в школу релтаров, и боюсь возвращаться домой. Как я скажу, что… — Вера сокрушённо развела руками.
Пожилая этана, увидев этот жест беспомощности и страх на молодом личике, ахнула:
— Ты же такой молоденький!
Вера возмущённо огрызнулась:
— Я уже взрослый! Что же все меня нянчат?!
— Неужели не понимаешь, что у тебя не было шансов? Ты из какой Семьи? — пожилая этана с сочувствием смотрела на подростка, с её точки зрения, который видно решил что-то доказать своей семье.
Вера, совершенно не понимая, что делать дальше, расстроенно пробурчала:
— Не скажу, вы меня выдадите. Мои родственники сердиты на меня.
— И что же ты будешь делать?
— Пойду на фермы. Поработаю, поучусь, узнаю жизнь.
— Вот-вот! — раздался раздражённый бас. — Именно, поучись.
Вера резко повернулась, на неё смотрел запыхавшийся Рэйнер.
— Самав! — завопила она, не желая его подводить, и бросилась ему на шею. Она испытывала невероятное счастье.
Старики переглянулись, а Рэйнер сурово нахмурился.
— Не подлизывайся! Как капризничать, то ты в первых рядах, — он отодрал её руки от себя, но она прижалась к нему и всхлипнула. — Мальчишка! Что мы скажем семье?
От Рэйнера веяло такой силой и надёжностью, что она чуть не опьянела от чувства безопасности, но вспомнила, что не имеет права всё развалить, ведь именно её они спасают.
— Самав!.. Прошу, не ругай! Мне и так плохо.
Пожилой этан заулыбался.
— Уважаемый, пусть мальчик поработает на ферме! А семье можно будет сказать, что он проходил ступени взросления.
— Где найти ферму, которая примет на себя ответственность за этого оболтуса? — гигант горько усмехнулся.
— Да хоть ферма моего брата! — пожилой этан сочувственно ему улыбнулся, по-видимому, мальчишка довёл всех до белого каления, желая быть самостоятельным. Вспомнив себя в молодости, переглянулся с женой. — На ферме многие проходили ступени взросления.
— И он согласится? Мы же не из твоего клана? — в голосе гиганта прозвучала и надежда, и сомнение.
— Конечно, это же честь. Только и ты старший должен будешь сопровождать его.
Рэйнер достал какой-то диск набрал на нём номер.
— Мастер! Прости, что я отрываю тебя. Я нашёл этого оболтуса, он, оказывается, хочет пройти ступени взросления и приятия мира.
Пожилые этаны с улыбкой смотрели, как паренёк взволновано вцепился в руку говорящего. Гигант хмурился, но обнял его за плечи. Они неуловимо походили друг на друга, то ли оттенком знака Семьи, то ли молодостью.
— Конечно, мастер. Спасибо, мастер, — Рэйнер, отключил связь и поклонился этану. — Я — Самав из Семьи ре’Ройстан. Моего племянника зовут Массав. Мы благодарим вас и обещаем честно учиться принятию мира и взрослеть.
Этаны взволновано переглянулись. Семейство входило в клан Ройстан, и учить членов этой семьи — было честью. Вскоре они уже сидели в машине, которая их уносила по дороге из города. Уже темнело, когда они вышли на небольшой станции и пересели в сани, парящие над дорогой, в которые были впряжены шестеро животных, похожих на земных северных оленей. Вера поняла, что это гимсы. Возница гикнул, и животные понеслись по заснеженной пустыне.
Дорим закутал себя и Веру в меховой полог. Стремительно темнело, поднялся ветер. Вера стала замерзать и прижалась к Рэйнеру, дорим расстроился, почувствовав её уверенность в нём, а он не знал, как справится с тем, что на него навалилось. Он страстно желал её, и не мог поверить в то, что девочка из другого мира в теле Лилидах его выбор. А она… Она всю дорогу грезила о его губах. Из-за этого измученный дорим всю дорогу тормошил её, не давая ей спать.
Было совершенно темно, и валил снег, когда сани остановились, и пассажиров провели под купол, в котором было значительно теплее, чем на улице. Серебристый купол оказался очень большим, часть его была разгорожена под загоны, в которых содержались гимсы, их было очень много — нескончаемый лес рогов. Вдоль стены стояло несколько округлых палаток, разных размеров, лежали кипы растений. Вера вертела головой и, чтобы лучше видеть, вставала на цыпочки. Дорим сердито её шепнул:
— Утихомирь свой интерес! Нам здесь долго жить.
Хозяин фермы внимательно слушал пожилого этана, с которым они приехали, потом им улыбнулся:
— Я рад, что члены вашей Семья сторонники традиционного обучения молодёжи. У нас здесь маточное стадо. За три месяца вы узнаете, как разводить гимсов и выживать в условиях зимы. Конечно, вы узнаете и многое другое, что пригодится в будущей жизни.
— Спасибо, мы будем очень стараться! — дрожащим голосом сообщила Вера и с надеждой посмотрела на дорима, правильно ли она сказала.
— Спасибо, моя семья не забудет ваших усилий и затрат! — произнёс формулу Рэйнер и поклонился, не забыв наклонить и голову Веры.
Фермер поклонился в ответ.
— Вот и хорошо. Вас покормят тем, что осталось от ужина. Мальчик столько пережил, что он должен хорошо отдохнуть. У нас есть маленькая палатка, где вы вдвоём проживёте эти три месяца.
Вера устала и хотела спать, но Рэйнер железной рукой потащил её в самую большую палатку.
— Не забудь, они пожертвовали отдыхом ради нас.
