— Господи, что же ты обо мне думаешь? — простонала она, очнувшись через какое-то время. — Что же я вытворяю?
— У нас общая мечта, да? — он, облизав искусанные ею губы, подмигнул ей. Она побоялась что-либо говорить, так как тело уже томилось в знакомой ей огненной трясине. Рэй посадил её себе на колени. — Моя мечта заниматься этим долго, очень долго!
— Это как? — она уже тряслась от предвкушения.
— Вот так, — и он начал претворять в жизнь свою мечту, которая оказалась общей, после этого Вера не захотела ничего объяснять.
Они не замечали времени и наслаждались друг другом. В этом мире были только они. Она совершенно не представляла, откуда берутся еда и напитки. Иногда Рэй утаскивал её в огромный бассейн поплавать. Она была потрясена, когда в первый раз нырнула, а он бросился её спасать, так она узнала, что женщины в этом мире не умеют плавать. Потом Вера долго подлизывалась к нему, потому что он переволновался и сердился на неё и не знал, что она тонула, но не в бассейне, а в своих переживаниях. Она удивилась солоновато горькому вкусу воды и тому, что Рэй был потрясён тем, что она занялась с ним сексом в бассейне. Для него это было откровением, и он наслаждался, а потом прошептал что-то странное.
— Это ты мечтаешь о реке? Ведь о Реке?!
— Не знаю, — призналась она, чуть не утонув от восторга. — А почему о реке?
— Потом, — отмахнулся он.
Она неожиданно поняла, что он очень взволнован, но по опыту знала, что пока сам не захочет говорить, спрашивать бесполезно. Вера считала, что и так за это время кое-что узнала о нём. Оказалось, что Рэй умеет петь и играть на необычном инструменте, представляющем собой тонкостенный деревянный цилиндр — «нэм» со сложной металлической спиралью внутри. По «нэму» скользили пальцами, извлекая звенящий звук, похожий на звук электрогитары. Вера придумывала любые предлоги, чтобы послушать его дивный голос, и расплакалась от восторга, когда он спел ей «Этот мир придуман не нами». Рэй, осознав, что она буквально сходит с ума, когда он поёт, пользовался этим и заставлял её танцевать.
Однажды утром она нежилась в объятьях Рэя, в комнату вошёл мастер Тарив. Вера испытала настоящее потрясение, не понимая, как она забыла про него. Рэй не удивился, зная, что мастер где-то рядом.
— Что-то случилось? — Рэй заметил, что Тарив растерян.
— Я очень волнуюсь за вас, — прошептал мастер, на это была причина — все предания говорили, что «Притяжение» не позволяет королю и королеве видеть реальность, а они оба смотрели на него и даже адекватно реагировали. Он был раздосадован, что исследователи Исма не успели всё просмотреть из имеющейся информации. «Может, со временем процесс «Притяжения» изменился?», — подумал он.
— Это почему? — пропищала Вера, нырнув под мех. — Я что-то нарушила, или Рэй?
— Нет! Просто мы начали «Притяжение». Ты и я, — промурлыкал дорим и подмигнул мастеру, зная, что последует за этим объявлением.
Из-под одеяла показалась голова его Вир, перья стояли дыбом, глаза были круглыми, как блюдца.
— Не понимаю! Рэй, как это мы начали? Ой, мама дорогая… — она вспомнила прочтённое. Неужели она действительно какая-то королева? — Интересно, это я королева или тело Лилдах?
Дорим закусил губу, он не мог ей сказать всего, но не выдержал и подсказал:
— Целитель же сказал тебе, что встреча избранников редкость. Обычно же браки заключают Семьи, а если избранница королева…
Вера огорчённо подумала, что читать надо было больше местную антропологию, а она, дура, читала физиологию. Если он королева, то её Рэй — король? Или это не обязательно? Что же она ничего не прочла про эту физиологию королей?! В Исм они попасть не могли, теперь её мог учить только Рэй. Никого другого она и не желала. Взглянув на мастера, смутилась.
— Э-э, вы бы вышли, а я оденусь!
Она закрыла глаза, чтобы не видеть прекрасное и могучее тело её возлюбленного. Они выскользнули из комнаты, чтобы не мешать ей, а Мастер Тарив угрюмо посмотрел на Рэя.
— Экспериментируешь? Почему ей ничего не сказал? — он вдруг понял, что они так реагируют, потому что процесс не завершен.
Дорим, быстро натягивая одежду, пророкотал:
— Я хочу, чтобы она сама.
— А если она не спросит? Она — гордая девочка.
— Она смелая, ты не представляешь, как она умеет думать! Она спросит. На ферме она выходила из самых сложных ситуаций. Однажды, ей пришлось принимать роды у зулов одной, так она справилась, хотя и… — и поперхнулся, — так как Вера вышла из комнаты и сердито ткнула кулачком его в спину.
— Э-эх! Ведь обещал не рассказывать! — мастер задрал брови, а Вера хлюпнула носом. — Ну да! Я не знала, что у щенков иногда слизь забивает рот, и они не могут дышать. Я испугалась, а он помог, хотя и обещал никому не рассказывать, что я сделала.
— А он не рассказывал, — Тарив улыбнулся. — Так что ты сделала?
— Эта глупыха не пальцем, а ртом отсосала слизь, — дорим мягко улыбнулся. — Кстати, старшие сыновья этой самки потом бились со снетом, защищая её. Представляешь, мастер?
