— Потому что камень взорвался. С такими вещами нужно быть достаточно деликатными, а я просто наплевала на безопасность. И вот, поплатилась, — она помахала перед носом Драко прозрачной рукой. — Камень вобрал в себя мою душу, а потом взорвался. И раз уж мы на берегу реки времен, то меня, грубо говоря, разметало по всей истории вместе с осколками камня.
— И теперь я должен собрать все осколки и вернуть тебя, — Драко хмыкнул. — А что если я не собираюсь этого делать? Теперь, когда я вспомнил, кто ты такая. Какой смысл тебя возвращать? Ни друзья, ни начальство тебя не помнят, все твои заслуги стали моими, особенно — организация экспедиции и перевод текстов. Я разве что не герой, Кингсли со мной считается, прислушивается к моему мнению. Вернуть тебя, чтобы все снова слушались только тебя, а на меня обращали не больше внимания, чем на шнурки своих ботинок? Вот уж нет.
— Но… — она осеклась. — Я ведь останусь призраком в таком случае.
— Ага, — Драко растянул губы в улыбке. — Кто у нас слушал призраков? Правильно, Грейнджер, никто.
— Нет, Малфой, ты не понял, — Грейнджер придвинулась так близко, что он ощутил могильный холод ее касания. — Я останусь призраком, которого можешь видеть только ты, который имеет доступ к твоим мыслям и эмоциям. Как думаешь, сколько времени мне понадобится, чтобы свести тебя с ума?
— Грейнджер, ты вроде не со Слизерина, — Драко напрягся.
— Но я хочу существовать, — она пожала плечами. — Не в призрачном виде, а в физическом. Ходить по Министерству, пить кофе с Пенелопой, обсуждать с Кингсли его скоропалительные инициативы. Если для этого мне придется объявить тебе в некотором роде войну — не обессудь, в ход пойдут все доступные призраку методы.
— Но почему, Грейнджер? Почему именно со мной ты связана? Почему не с Поттером или Уизли? Твои дружки даже не помнят твоего имени!
— Да, камень действительно стер все упоминания обо мне. Даже подпись в книге! А касательно нашей связи у меня есть несколько версий. Возможно, твоя ненависть оказалась сильнее добрых чувств Гарри и Рона. Мне не нравится эта мысль, я не хочу верить в то, что зло оказалось сильнее. А может, камень немного повлиял и на тебя при взрыве. Все-таки тут был ты, а не кто-то другой. Получается, что эта экспедиция связала нас с тобой. Боже, какая гадость!
— Сам не в восторге, — Драко поморщился. — Но ведь эта связь пропадет, если я помогу тебе снова вернуться?
— Надеюсь, да.
— Тогда я принимаю твои условия, — выдавил он. — Не то чтобы я боялся сумасшествия или не хотел бы присвоить твои достижения. Но быть связанным, даже таким диковинным образом, с кем-то вроде тебя — это ужасно.
Грейнджер поджала губы.
— Так и не избавился от своих предрассудков? К счастью, это взаимно: я тебя тоже терпеть не могу. И если бы я только могла, я бы с радостью передала кому-то другому миссию по моему возвращению. Но, к сожалению, это невозможно. Так что, будь добр, открой книгу и поищи упоминание о трещине, пока история магического мира не развалилась на куски.
Драко вздохнул и запустил руку в бисерную сумочку.
— Кстати, это ведь твоя?
— Да. Спасибо, что не выкинул.
Драко даже говорить ничего не стал: Грейнджер и так знала все, что он мог подумать по этому поводу. Он выудил из сумочки книгу и раскрыл ее на странице, посвященной битве между Дамблдором и Гриндельвальдом.
— Смотри-ка, отсюда пропало упоминание о трещине. Она переместилась еще дальше во времени?
— Похоже, что да. Ищи, где она теперь.
Драко насупился и принялся листать книгу.
— Нашел, — буркнул он без особого воодушевления. Новая глава в книге появилась сама собой, и ничего хорошего это не предвещало.
— Ну-ка, посмотрим, — Грейнджер склонилась над страницей, и Драко передернуло от холодного касания ее плеча. — «В декабре тысяча девятьсот двадцать шестого года появление таинственной трещины в маггловской части Лондона чуть не привело к рассекречиванию магического сообщества. Чтобы не допустить выявления магов, на место событий отправились десятки обливиаторов и авроров. Несмотря на все меры предосторожности, принятые как маггловскими, так и магическими службами, десять магглов все же исчезли бесследно».
— Мне сюда? — Драко поморщился. — Маггловская часть. Грейнджер…
Она чуть отстранилась и посмотрела на него.
— Ты поможешь мне? Я ни драккла не понимаю в маггловской жизни, — вздохнул он. В конце концов, должна же была быть хоть какая-то польза от призрачной Грейнджер.
— Я же сказала, что неотступно буду рядом. Собирайся.
Драко захлопнул контейнер с куском камня, вернул его в бисерную сумочку, которую спрятал во внутренний карман мантии.
— Готов.
Грейнджер зависла над рекой, и Драко смело вошел в бурлящие воды.
— Лондон, декабрь тысяча девятьсот двадцать шестого.
Поток воды накрыл его с головой.
***
Драко не успел открыть глаза, а холодный, пронзительный ветер уже швырнул ему за шиворот пригоршню снега.
— Ворот подними, — буркнула рядом Грейнджер. — Не май месяц.
Драко поежился, поднял ворот мантии и осмотрелся.