Даниил просидел в полной тишине несколько минут, рожая в голове одну фантастическую идею за другой. Но время было неумолимо, а ничего более-менее результативного на ум так и не пришло. Молодой человек со вздохом поднялся и начал собираться на работу. Наскоро перекусив, он выбежал к остановке. Сверкающий стеклом электробус подошёл секунда в секунду. Мягкое кресло привычно приняло тело очередного пассажира, кондиционер обдал порцией свежести. Даниил не стал слушать любимые мелодии, что обычно мгновенно настраивали на активные действия, не хотелось ему и смотреть в окно. Утопающий в лете город сейчас лишь раздражал молодого человека. Ибо кипящий мозг по прежнему терзал воображение, строя бесполезные гипотезы.
В какой-то момент Даниил понял, что задача не имеет решения. От осознания этого его едва не стошнило. Он судорожно вынул из портфеля бутылку воды и трясущейся рукой поднёс к пересохшим губам. Глоток живительной влаги влил новые силы. И тут же откуда-то пришло понимание, что для решения задачи просто не хватает вводных.
Даниил обалдело посмотрел на себя со стороны. “Господи! Да я в пятнадцать лет был разумнее! Что ж со мной творится? Так. Надо успокоится. И сделать… Что ж сделать? Да пока, наверное, ничего. Буду собирать информацию! Как там говорится в пословице? Побеждает тот, кто умеет ждать. Вот и подождём…” И он тут же провалился в короткий сон без сновидений.
Мягкий мелодичный звон вернул сотрудника рекламного отдела фирмы “Satellite” к действительности. Даниил сошёл с подножки электробуса, поднял левую руку и нарочито медленно посмотрел на часы. Этот бесполезный жест зачастую вызывал удивление и даже непонимание окружающих, чем несказанно веселил молодого человека. Ведь наручные часы вышли из употребления ещё до его рождения. Уже в конце двадцатого века хронометры начали встраивать во что только можно. Все таскали с собой различные нафаршированные сотнями опций мобильные устройства. И конечно, каждый гаджет имел простейшую функцию учёта времени. Даниилу даже в этом не было нужды — искусственное тело автоматически выводило эту информацию на внутренний дисплей. Ему невероятно приятно было хоть в чём-то быть похожим не просто на человека, а на человека из прошлого.
До начала рабочего дня было ещё двадцать минут, а значит можно не спеша прогуляться до криоцентра и спокойно поразмыслить над первоочередными планами. Солнце ласково светило в уголок глаза, словно всеми силами старалось ободрить хмурого юношу. Под ногами уютно шуршал тёплый асфальт, а в нос летели немыслимые букеты запахов парковых растений.
Но Даниил строго-настрого запретил себе думать о чём-либо кроме работы. Нужно было срочно набросать примерный план отчёта. В голове выстроился давно не дававший покоя ряд перспективных переселенцев в искусственные тела, которые нежданно-негаданно, все разом отказались от выхода из криокамер. Этот странный факт чрезвычайно напрягал молодого рекламного агента. “Да что же это такое?! Столько усилий… И всё зря, что ли? Всё же было хорошо! Уже больше половины должны были железно на этой неделе наслаждаться реальным миром. Нет… Тут явно что-то не так. Точно, что-то случилось…” От ощущения личной обиды Даниил даже сжал кулаки и злобно глянул на сверкающий стеклом вход криоцетра. Архитектурное воплощение урбанистического стиля проходной теперь показалось ему холодным и зловещим. Но делать было нечего, и рекламный агент, скорчив недовольную мину, зашагал к рабочему месту.
— Дан! Здоров! Ты чего набычился? Проблемы?
Даниил нехотя поднял глаза на выходящего из здания напарника по рекламной деятельности.
— Угу. Ты чего тут? — вопрос получился слишком грубым, и Даниил попытался тут же смягчить: — Ладно, прости. Но ведь ты ещё неделю должен быть в отпуске?
— Ага! Во всю отрываюсь! — парень тут же расплылся в улыбке, — Я к Стасу решил заглянуть. У меня персоналка дурит. Вот ему относил.
— К Стасу? Артём, ты чего темнишь? У тебя гарантийный аппарат. Да и будет ли Стас напрягаться?
— Просто так не будет. А машинка моя уже без гарантии. Я ж прошивку сменил.
— Хм… Делать тебе нечего.
— Дан, ну ты реально загруженный. Чего случилось?
— Чего? А то ты не в курсе, что работа встала? Меня вообще никто не хочет слушать. Удивляюсь, как ещё в домены пускают.
— Ах, ты об этом. Да, наслышан. Не знаю, даже что и делать будем. Сам боюсь думать о выходе из отпуска. Рогов подгадил, мама не горюй!
— Что? — Даниил удивлённо воззрился на собеседника, — Рогов? Он-то тут причём?
Но услышать ответ ему было не суждено. Резкая трель мобильника неожиданно прервала разговор. Артём охнул, судорожно потряс руку Даниила и, что-то стремительно тараторя в телефон, кинулся к остановке электробусов.
