А вместо нашего тесного полутемного сельского коператива — у самого вокзала большой, как колхозный склад, коператив, называемый раймагом. Там мы покупали гачки (рыболовные крючки). Там я впервые увидел, что вместо поплавка из корковой пробки удочку можно оснастить красно-белым, удивительно красивым поплавком. И на воде хорошо видно, и рыба, наверное, на такую красоту здорово клюёт!
А сельхозвыставки?! Каждой осенью на обширную базарную площадь со всего района привозили огромных карпов в стеклянных аквариумах, целиком стеклянные ульи с пчелами, не умещающиеся в дверях желтые тыквы, огромные полосатые арбузы. Наш колхоз ежегодно на низкой специальной телеге привозил племенного быка Милого, весом в целую тонну!
В углу базарной площади был огороженный лентами участок. Над проходом полукругом в три ряда на материи надпись: «Тырновский районный быткомбинат». За лентами стояли шкафы, столы, постели, тумбочки. Отдельно стояли пружинные матрацы! А рядом стояли калитки и ворота из настоящего железа. И всё это сделано не на заводе или фабрике, а в Тырново!
В прошлом году посреди базара на столе стоял настоящий кукурузный початок толщиной с ведро и полутораметровой высоты. Потом мы узнали, что початок колхозные плотники сначала вытесали из деревянного столба. Затем, придавая форму початка, оглаживали рубанками. А в конце все комсомольцы села, сменяя друг друга, с помощью столярного клея обклеили деревянный кочан вылущенными крупными кукурузными зернами.
Огромная каменная арка при въезде в Тырново за винпунктом! Видимые с базарной площади паровозы, изрыгающие черный дым и тянущие за собой длинные ленты разных вагонов! Издали, как огромная гусеница с черной головой. А садящиеся на аэродроме кукурузники! Приземляясь, они, незаметно и как-то сразу одновременно, увеличивались в размерах. А нашей Елизаветовке и не снился, начинающийся за чайной глубокий, с крутыми склонами, овраг! У нас в селе поиграть в войну по-настоящему негде.
Тогда во мне зрело ощущение, что моя учеба в Тырново будет сплошь состоящей из, бьющего в нос, крюшона, вкусных бутербродов с колбасой, разбросанных самолетом листовок, разноцветных гирлянд, звучания музыки сразу нескольких духовых оркестров и грандиозного факельного шествия.
И вдруг такой облом! Дондюшаны… Там, рассказывали ребята, этой весной убрали огромный, расположенный ниже церкви базар, куда я ездил с отцом и дедом.
— Нечего в Тырново! — подводила итог мама. — На станцию два раза в неделю на подводе Иван Лирник возит с фермы сливки. А с нового года, говорят, молоко будут возить машиной каждый день. А осенью десятки машин в день возят из колхоза на сахзавод свеклу! С передачей еды проблем не будет. Жить будешь у Сусловых. Отец договорился. Да и знать будем, чем ты там будешь заниматься!
Этого, как раз, мне хотелось меньше всего…
В пятницу 19 августа отец, завернув в газету свидетельство об окончании семи классов и свидетельство о рождении, ранним утром повел меня к колхозным гаражам, выстроившимся в ряд неподалеку от колхозной кузницы. Ехали в кузове на деревянной скамье у кабины. Несмотря на то, что я ехал в среднюю школу и считал себя вполне взрослым, меня усадили посередине. А мне хотелось с краю. Там ветер сильнее хлещет.
Подвезла нас машина к рампе, возле сельпо. В школу мы с отцом шли по шпалам. Дважды мимо нас с грохотом, ветром и пылью пронеслись дымящие паровозы, тянущие за собой длинную вереницу громыхающих вагонов. Дрожала земля, от гудков паровозов заложило уши. Отец, отвернувшись, морщился, жмурил глаза. У меня же слегка отлегло от сердца. Интересно!
В школе директора не оказалось. Секретарша, высокая, с длинной косой вокруг головы, женщина сказала:
— Фаины Александровны нет. Она сегодня едет в Окницу на учительскую конференцию. Но сейчас она пока дома. Тут недалеко. Пусть она подпишет. Потом принесете документы.
Мы пересекли железную дорогу. Отец уверенно вел меня узким кривым переулком. Фаина Александровна, с такой же, как и у секретарши, косой на затылке, стояла на крыльце. Отец поздоровался.
— Здравствуйте, товарищ Единак! Очередного ученика привезли?
Из разговоров родителей я знал, что Фаина Александровна у Алеши в Тырново была классным руководителем. Отец подал документы:
— Принимайте и нас, Фаина Александровна.
Фаина Александровна мельком взглянув на метрику, вернула её отцу. Внимательно просмотрела свидетельство об окончании семилетки.
— Учиться будешь как Алексей, или как?
— Или как. — не очень понимая вопроса и не задумываясь над ответом, немедленно ответил я.
Отец опустил голову и сжав губы, покрутил головой.
Фаина Александровна, сузив глаза, несколько мгновений смотрела на меня. Я почувствовал себя неловко, настроение стало никудышным.
— Свидетельство я возьму. Первого сентября на занятия. А пока я тебя поздравляю с днем рождения!
Только сейчас мы с отцом вспомнили, что у меня сегодня день рождения! Успела рассмотреть в метрике! Когда мы вернулись в сельпо, где грузилась машина, напротив вокзала отец купил огромный арбуз…
