Мы до глубокой ночи гуляли по достопримечательностям города, и Андрей фотографировал нас при первом же удобном случае.
Мы выпили ароматный кофе и решили вернуться в гостиницу.
Андрей проводил меня до моего номера и попрощался со мной до утра. Я зашла в номер и тут же приняла душ после такого насыщенного дня. Целый день я была отвлечена от мыслей о своей любви, но стоило мне лечь в постель, как мне снова вспомнился Макс. Много лет тому назад он обещал мне как-нибудь слетать в Париж, но как оказалось, я поехала без него. Поездка в Париж мне представлялась совсем другой. Мне всегда казалось, что я поеду в Париж с любимым человеком, в чьих объятиях я проведу ночь. Теперь же мы с Андреем находились в разных номерах, и даже в мыслях у меня не было, чтобы как-то искать с ним близость.
В голове так и крутился вопрос: побывал ли Макс в Париже со своей девушкой и не вспоминал ли при этом обещания данные мне, что полетит в самый романтический город в мире, только со мной. Мне не хотелось спать. Хотелось лишь только крутить в голове мысли о нем, но усталость дала о себе знать, и я уснула.
На второй день мы с Андреем поехали в Лувр. До музея, который находился на улице Риволи, мы добирались пешком, разглядывая и знакомясь с достопримечательностями города. Попасть в музей было делом не из легких, но Андрей, владея французским языком, каким-то образом раздобыл билеты и через некоторое время, мы уже ходили по самому крупному и популярному музею в мире, пожирая глазами выдающиеся картины человечества. На обратном пути из музея, мы с Андреем решили прогуляться по берегу Сены. Мы также гуляли по железному мосту, который соединяет Институт Франции и квадратный двор Луврского дворца, именовавшегося «дворцом Искусств». Мост влюбленных поразил меня бесчисленным количеством замков. Мы с Андреем долго смотрели на замки с удивлением, пока он не сказал:
– Элис, если бы мы были влюбленной парой, то тоже прикрепили бы замок на мост влюбленных.
Слова Андрея меня кольнули в самое сердце, и я от растерянности не знала, как на них ответить, поэтому промолчала. Про себя же подумала, что если бы только Макс захотел, то мы бы с удовольствием закрепили тут нашу любовь в виде замка.
Андрей понял, что у меня за какие-то доли секунды испортилось настроение, и он повел меня в ближайшее кафе. Он старался как-то развеселить меня, но у него это получалось не очень хорошо. Я же, чтобы не казаться неблагодарной старалась скрыть свое подавленное состояние. Я сделала выводы, что в Париж не стоит приезжать без любимого человека. Париж должны посещать влюбленные пары, а не ради интереса. Мне казалось, что я лишена чего-то важного и нужного. После долгих раздумий, я поняла, что мне хочется, чтобы сейчас рядом был Макс и собственными глазами видел красоту самого романтического города в мире. Я ругала себя за то, что мысленно нахожусь рядом с человеком, который так жестоко поступил со мной и бросил меня. Я понимала, что должна радоваться тому, что появился человек, который относится ко мне, как к принцессе. Я сама на себя злилась из-за того, что я так отношусь к Андрею, что он не заслужил, только не было в моих силах поступать иначе. Я пожалела о том, что вообще согласилась на полет с ним в Париж, понимая теперь, что это была не самая лучшая идея. Получалось, что, таким образом, я даю шанс Андрею думать, что у нас может что-то получится в будущем, чего никак нельзя было ожидать.
Я поражалась тому, сколько всего знал Андрей. Он знал буквально историю каждой картины в музее. Я терзала себя сожалениями, что не могу расположиться к Андрею, у которого практически не было никаких недостатков. Мне очень хотелось, чтобы я быстрее впустила его в свою жизнь и стать с ним одним целым, так как такими людьми разбрасываться было очень глупо и нелепо, что я и делала по отношению к нему. Только образ Макса не покидал меня надолго.
Андрей за несколько дней, что мы были в Париже, только и делал, что водил меня по достопримечательностям города. Я была очень рада тому, что, наконец-то в Париже, но чего-то не хватало и становилось грустно. Тогда я спросила у себя, было бы мне грустно, если бы я была в этой поездке с Максом, и я сама поняла, как от своих мыслей сама же поменялась в лице, и улыбнулась. Только улыбка не была вовсе веселой, а полной отчаяния. Я поняла, что этого никогда не будет, и мы с Максом никогда не будем гулять по Парижу как с Андреем. Меня начали мучить угрызения совести из-за Андрея, который так старался, чтобы мне было хорошо. У меня же мысли были с Максом, а гуляла с Андреем, улыбаясь ему фальшиво. Если он и понимал мое состояние, то все равно ничего не говорил и делал вид, что все хорошо и не чувствует мою грусть.
– Элис, все хорошо? – спросил меня Андрей, когда мы стояли на Старом мосту.
– Все хорошо, Андрей, – выронила я с улыбкой, чтобы скрыть свою грусть.
– Мне показалось, что ты какая-то грустная.
– Все хорошо, Андрей. Перемена климата негативно на меня влияет и всего лишь.
– Ты довольна поездкой?
– Конечно, Андрей. Ты еще спрашиваешь?
– Я рад, что ты довольна.
