1) В отношении порядка жрецов, который Латте рассматривает на страницах 37, 195 своей книги, мы показали, что невозможно относить его установление ко второй половине IV в., а также нельзя объяснять случайностями истории того времени «отбор» трех фламинов, называемых maiores. Я, следовательно, ограничусь здесь тем, что процитирую текст Феста там, где он изложен (с. 299–300 L2):
«Самым важным (из этих жрецов) считается царь. Затем идет фламин Юпитера, за ним — фламин Марса, на четвертом месте — фламин Квирина, на пятом — великий понтифик. Поэтому во время трапезы царь сидит один, над всеми священнослужителями; фламин Юпитера сидит выше, чем фламины Марса и Квирина, причем фламин Марса занимает место над этим последним, и все они сидят выше, чем понтифик: царь — потому что он самый могущественный; фламин Юпитера — потому что он жрец вселенной, которую называют небом[172]; фламин Марса — потому что Марс является отцом основателя Рима; фламин Квирина — потому что Квирина призвали из Куров, чтобы он присоединился к Римской империи; великий понтифик — потому что он — судья и арбитр божественных и человеческих дел».
Нас здесь занимает только факт иерархии, а не причины, которыми Фест ее обосновывает (объяснение третьего и четвертого места опирается на предание, рассказывающее «историю» основания Рима). Добавим только, что для того чтобы уменьшить значимость этого свидетельства, Латте подчеркнул, что старшинство пяти жрецов отмечается лишь в связи с пирами. Но разве не является неправдоподобным предположение, что старшинство, соблюдавшееся на пирах, отличается от того, что соблюдалось на других собраниях? Впрочем, здесь указывается не столько на порядок фламинов, сколько на порядок богов, а этот порядок одинаков во всех свидетельствах.
2) Формулировка обета богам (Liv. 8, 9, 8), в которой после Януса сначала призываются боги главных фламинов, выше была приведена полностью. Было показано, что две причины, приведенные Латте (с. 5, прим. 1 в его книге), по которым следует усматривать здесь подделку, не доказывают его тезис: в выражении veniam peto feroque[173] слово fero[174] не имеет того значения, которое он ему приписывает, а порядок перечисления divi Novensiles сначала, а dii Indigetes потом, противоречащий смыслу, который в то время придавался этим двум словам, скорее, подтверждает предположение, что историк точно скопировал подлинную формулировку.
3) Из двух конкурирующих преданий, касающихся доспехов, доставшихся в качестве трофея, — то, которое признано как самое древнее, указывает в качестве адресатов: Юпитера (для первого), Марса (для второго), Квирина (для третьего). Именно так пишут Варрон, Фест. c. 302 L2 и Сервий Aen. 6, 859. Только это указание было признано слишком придирчивыми критиками. Оно даст позднее важные элементы для интерпретации триады.
4) Один раз в году «фламины» совершали жертвоприношения в часовне Фидеи в особых условиях. Тит Ливий, приписывая введение обрядов Нуме, который, по общему мнению, был тем, кто учредил все sacra (священные обряды), описывает их следующим образом: «Он решил, что фламины отправятся в эту часовню в закрытой колеснице, в которую будут запряжены два коня, и что они будут совершать жертвоприношение правой рукой, закутанной до самых пальцев».
