Следующим шагом, который предпринял андроид, стало изготовление удостоверений личности. Он не стал делиться с Сережей и Рейчел тем, какими способами он сумел генерировать два «чистых» номера статкарточек, — его подопечным незачем знать о кропотливой и опасной хакерской работе, проделанной дройдом ради того, чтобы «прописать» удостоверения во всех базах данных социальных служб города.
Теперь они могли на законных основаниях поступить в любое учебное заведение Раворграда. Хьюго настаивал на ЭАКС[2], не скрывая, что, помимо престижной профессии, Сергей и Рейчел получат доступ к знаниям, необходимым самому дройду, для совершенствования собственной конструкции.
Он не хотел оставаться реликтом, машиной, подлежащей обязательному списанию и утилизации. Морально устаревший и действительно небезопасный ядерный реактор следовало заменить на одно из современных энергоустройств, но проделать подобную операцию в одиночку он, естественно, не мог.
Выйти из тени, вырваться из теснины обстоятельств, удерживающих их на нулевом уровне мегаполиса, — вот задача, которую ставил перед собой Хьюго. Для этого ему нужно реконструировать себя, а детям получить образование и официальный общественный статус.
Что касается Храшта (этим именем назвал себя инсект), то его развитие как разумной жизненной формы продвигалось очень трудно и медленно. Оторванный от сообщества себе подобных, он никогда бы не развился в полноценную мыслящую особь, не вмешайся в этот процесс тот же Хьюго.
Он уделял ксеноморфу не меньше времени, чем детям, благо в распоряжении дройда оставались все двадцать семь часов, образующих стандартные элианские сутки. Извлекая данные из сети, D-12 изучил низший язык инсектов, овладев им в совершенстве.
Постепенно он обучал Храшта родному для него языку, попутно прививая инсекту некоторые основополагающие понятия, присущие общественному разуму насекомоподобных существ. Конечно, он понимал, что не в состоянии заменить «муравейник», но лучше что-то, чем ничего. В конечном итоге Хьюго рассчитывал, что в будущем, обретя свободу, вырвавшись из стесняющих обстоятельств, они сообща смогут решить проблему, тем или иным способом переправив Храшта в звездные системы скопления О’Хара. Пока говорить об этом было преждевременно, инсект развивался очень медленно, пребывая в стадии самосознания, эквивалентной уровню развития семилетнего ребенка…
Он был наивен, не понимал многих аспектов, ограничивающих возможности свободного волеизъявления, но Хьюго не оставлял попыток сформировать в сознании инсекта трезвый взгляд на действительность.
— Ты не должен совершать глупости, — настойчиво внушал он Храшту. — Твоя генетическая память содержит ограниченный объем общих понятий, ты не можешь ориентироваться в действительном положении вещей. Следует отбросить иллюзии и научиться мыслить прагматично.
— Я не понимаю тебя.
— А ты постарайся.
— Я пробую. Почему здесь нет таких, как я?
— Твои сородичи живут далеко отсюда. Цивилизация Инсектов сконцентрирована на планетах скопления О’Хара. Чтобы попасть туда, потребуются деньги. Изрядная сумма, которой у нас нет. К тому же ты, по законам Конфедерации, являешься военным преступником.
— Почему?
— Ты входил в состав десанта, высадившегося на Элио, под руководством Харамминов. Тогда в результате ваших действий погибло много людей.
— Я ничего не помню об этом.
— Естественно. Я уже объяснял: ты находился в стадии регресса, был исполнителем воли других существ. Особенность эволюционного развития твоей расы заключается в том, что, оставшись в относительном одиночестве, любая особь твоего вида начинает развиваться как мыслящее существо. Тебе повезло, ты выжил, хоть и оказался тут, на дне. Нужно набраться терпения, вскоре мы сможем покинуть нулевой уровень и тогда, заработав деньги, найдем способ отправить тебя на родину, в скопление О’Хара.
— Почему ты не можешь сделать это сейчас?
— Я реликт.
— Не понимаю.
— Я устарел. Утратил всякую ценность, превратившись в ненадежный, с точки зрения современных технологий, потенциально опасный механизм. Единственная оставшаяся у меня ценность — это оболочка, символизирующая определенную историческую эпоху. Если сейчас я начну действовать открыто, то меня в лучшем случае разукомплектуют, лишат силовых агрегатов и продадут как раритет.
— За тебя дадут деньги?
— Да. Думаю, что немалые. Но это не обсуждается. Я не намерен прерывать свое существование. Тебе придется набраться терпения, Храшт. Через год Сережа и Рейчел сдают выпускные экзамены в академии. Они получат престижную работу и смогут помочь нам обоим. Мне — обрести новые комплектующие, тебе — вернуться на родину. Это вопрос времени.
Храшт не смог ждать.
